Работа кипела. Половина татей дрова собирали для котлов, прочие же в штольне гипс били и в корзинах в лагерь спускали. Поставили вокруг изб тын крепкий вовремя. Тати прознали про нас, в гости наведались. Оно и понятно, дым то с горы за десятки поприщ видать. Но и мы не лыком шитом, встретили крепко.
После боя пятеро батраков прибавилось да три мерина, дородных. Трижды нас на зуб пробовали, да только пустое всё. После каждого боя нам лишь холопы и добро оставалось. Потому как у любого батрака есм арбалеты, шеломы и байданы. Помогали они нам здорово.
Пора ужо сворачиваться, а то на Оку до холодов не успеть. Серы наплавили изрядно, восемь сотен пудов! Не менее, ибо и весы имеются. Две трети струга заполнили кирпичами серы, нагрузили сверху сто с лишком пудов осетра копченого и икры черной, да не меньше кристаллов голубых что после промывки остались, а их князь велел собирать коли встретим.
Мал же с воями и полоном в зиму останется. Гость сей не дурак, на вырученные в Укеке денге нанял дюжину воев. Даст бог справятся. Самых бестолковых татей мы подвыбили, а те, кто поумней на поклон пришли. На днях столковалися. Товар такой им без надобности, а три гривны невелика цена за покровительство. Не обеднеем, зато жизни батраков сбережём. А то, что троих ватаманов выпустил, то ничего. Не скоро они силу наберут то. Да и грех жаловаться, кормили их из общей кошмы, лечили добро и усех без разбора. Ни к чему тута войну затевать. Ни к чему. Зубы показали и хватит, а далече видно будет.
Прохор
С неделю ещё топтались на водоразделе Тим-Оскол. Истоки рек близко подходят друг к другу и ножками топать, дай бог пару километров. Но до чего же место для волока неудобное, перепад высот приличный и много мелких балок да овражков. Волей-неволей пришлось топосъёмку вести, чтобы понять, где заплоты ставить и волок торить.
Как не крути, вложиться придётся, а какая альтернатива? Разве что Муравский гостинец. Дык, а много ли по нему увезти можно и в какую цену руда встанет? Нет, всё же водный путь выгодней. Оставлю на Осколе реке экспедиционный водоход, а на Тиме второй, он будет курсировать до Сосны.
Дойдя до Должанки остался доволен работой. Не разбежались и около сорока тонн каолина подняли и доставили к пристани. Хватит пока. Две третьих из тех, кто остался, распределил по новым местам . Кого отправил волок обустраивать, а кого шахту бентонитовую бить. Работ там хватало, а глины мне бы через пару недель хотя бы тонн пять, на шнуры и подкормку.
Заказал дешевой руды, а вот криц брать не стал, дороговаты. В здешних местах с углём проблема, привозной он. А вот баранов, лошадей и верблюдов, а также шерсти взяли на всё оставшиеся. И даже несмотря на то, что часть возвращенного товара продал, на хлопов серебра не хватило. Однако, хан пошёл навстречу и четыре десятка мне отрядил дабы известняк бить и вести прочие работы по обустройству волока и рек. Часть из них отправили на базу с моими выжившими, по Муравскоему гостинцу. Правда он их мне не подарил, а как бы в аренду дал. И на том спасибо. А ещё Берди-хан со мною делегацию отрядил для контроля «инвестиций». Восемнадцать нукеров на заводных конях и казначея с двумя помощниками, вишь какой хитрый.
И с рудой он решил вопрос в лоб. Обязал продавать добытое по фиксированной цене два денге за батман. Хм… Довольно интересная весовая единица. Применялась она в Орде сразу в нескольких весовых значениях: для взвешивания соли батман приравнивали к четырём килограммам, для взвешивания мёда к полутора пудам, как мера зерна к четырём, а как мера руды, к двадцати пяти пудам, то бишь тонна руды обходилась где-то в пять резан. С доставкой будет подороже, чем на шахте, однако не помешает и главное послужит прикрытие чтобы шахту не светить. На том всё и строю, что мол нет у меня много руды и посему чугун кровью и потом достаётся.
Домой, настолько привык, что без всякого лукавства уже называю острожек домом, вернулся лишь двадцать второго сентября. И уборку урожая, и осенний торг пропустил. Благо хоть Богдан с Блудом порадовали. Продали товара на фантастическую, для местных реалий, сумму в шестьсот девяносто рублей!
Жаль от них мало живых денег осталось, ибо закупили пшеницу и прочих зерновых-гороховых. Триста сорок оков, то бишь порядка двухсот восьмидесяти тонн, разом «обнулив» крупнейший зерновой хаб юга Руси. Только на эту операцию ушло триста семьдесят рублей. Помимо жита покупали лён, коноплю, лошадей, овощи-фрукты, кожи. Рассчитывались с батраками и субподрядчиками. Девяносто рублей ушло через собственную торговую сеть. Запасы жита, полученные от «сельских» агентов и заработанные своим артелями, превысили двести тонн. И по кормам план перевыполнили. Суммарно заготовили две тысячи сто тонн сена, силоса и сенажа. Зерно уже вовсю сушат и калибруют, круглые сутки работают два гранулятора производя корма и травяную муку. Крестьяне же закончив страду рьяно взялись за чудные заказы Прохора. В итоге серебра на найм стругов для Онегина не осталось вовсе. Ну и хрен с ними, со стругами, своими силами управимся.