Нечего друг другу дать, да мы и не против,
У нас февраль, хоть и по календарю осень;
Не ждём звонков, не передаём приветы,
Заведомо не верим, сами не советуем, - а ведь за все время, что мы провели вместе, я понял - он мне небезразличен. Я люблю его. Я люблю Виолетту! Безумно люблю, но до сих пор боюсь, что она может так же, как и Марго предать, вновь втоптать меня в грязь.
Мы будто стёрты с лица земли,
Я где-то там, куда пропадают корабли.
Ты поменяла траекторию линии на ладони,
Выменяв нашу любовь на другой наркотик.
Ты обманула суть любви - не бывает так,
Я распадаюсь тут один, а ты летаешь там.
Ты закачала в меня дым - это суета,
И слёзы, будто керосин, обжигаются.
Мы расслабили трос, они повисли осенью,
Окунись носом в суть любви своей изношенной,
Поставь меня на место сервантом: буду пылиться,
От туда не услышу голосов и не увижу лица, - черт, да почему же она теперь с Тимом? Да, тогда меня одолевали эти мысли, а сейчас... Я убедился, что она всегда любила меня... Меня одного. Это льстит, но...
Манит потерянность дым из-под двери,
И станет трудно дышать, какой там говорить,
Уберечь свой мир или плавно погрузится в немое кино,
За окном сегодня ноль, я до костей продрог.
Моя фобия, моя бессонница, слова - иголки,
У самого порога моего дома боль пронзает стопы.
Я летал с тобой над городом, наша тайна -
Ты обманула суть любви, она теперь у нас под ногами.
Давай упрекай меня, хожу неприкаянный,
Дышу дневниками наших с тобой мечтаний.
Мы суть любви упустили сами
Впустив в ладони холод, копившийся годами.
Ты обманула суть любви - не бывает так,
Я распадаюсь тут один, а ты летаешь там.
Ты закачала в меня дым - это суета,
И слёзы, будто керосин, обжигаются.
Я бы волком не выл бы, видимо,
Не мечтал о ночи в Питере,
И понять не питался чем тебя обидел я
В колючем свитере, я не заливал бы горькую, - как же я хотел сбежать из этого проклятого города, когда эта стерва, Марго, меня кинула, потом была Леська, алкоголь, сигареты... Психолог, которого я послал куда подальше. Ненавижу ту показушную заботу отца. Да я весь мир тогда ненавидел, поэтому и отрывался на самом дорогом для меня человеке, а она терпела. Знаете, я все же сволочь, а она... Она слишком великодушная.
От внутреннего холода, которая казалась приторная,
От безысходности не собрал рюкзак и не ушел бы в горы
Чтобы лелеять своё горе в открытом море
Я не отравлял бы дымом воздух
Это так просто, но просто лишь в теории.
Теперь ты сама по себе, а я сам по себе,
Из белых полос, которых я уже давно не видел.
И мой ровный шаг всё чаще переходит на бег,
Но этот мой ликбез адресован не тебе -
Он для толпы, для людей, что бы обуздать мой пыл,
Забыть, каким я был, и понять, был ли я вообще.
Ты обманула суть любви - не бывает так,
Я распадаюсь тут один, а ты летаешь там.
Ты закачала в меня дым - это суета,
И слёзы, будто керосин... - последний аккорд, и я нахожу ее взглядом в толпе этих размалёванных кукол и парней, похожих на обезьян. Минуту она смотрит в мои глаза. Узнала.... Это не может не радовать. Миг, и ее фигурка скрывается за дверью, а я провожаю ее взглядом.
Глава 9.
Виолетта
Он пел... Пел так, что зал замер, с жадностью внимая его голосу. Наверное, каждому, кто любил, знакомо то чувство пустоты и одиночества, когда сердце стучится вхолостую, внутри все покрывается льдом, медленно, как свеча, угасает желание жить. Слезы обжигают глаза по ночам, а днем ты скрываешь свою боль, нацепив маску и улыбаясь всем, как будто все в порядке. И с каждым разом ты пытаешься забыть прежнего себя, бежишь все быстрее, обманывая самого себя, обманывая суть любви...
Последние, повисшие в тишине аккорды, и наши глаза встретились... Ветер... Эти голубые, холодные глаза... Зал взорвался аплодисментами.
- На этом наш концерт завершен. А теперь - маскарад, попрошу всех пройти в спортзал, - улыбнувшись, сообщил парень Алинки, удаляясь за кулисы.
Немного постояв с подругой, которая беззаботно щебетала, рассказывая, какой у нее Серега красивый, умный и так далее, я решила подняться на крышу, где часто любила бывать.
Скрип чердачного люка... Моему взору предстала потрясающе красивая картина: огромная полная луна выглядывала из-за темных облаков, заливая своим светом всю крышу, преображая тот мир... Казалось, что все это великолепие, и деревья, и дома, и люди, настолько хрупкие, что стоит только к ним подойти, они разлетятся на миллионы частичек, которые подхватит ветер и унесет их далеко-далеко...
- Любуешься? Я и не знал, что феи любят ночь, - раздался немного хрипловатый голос за спиной.
- Ты много не знаешь, Ветер, - в тон отвечаю подошедшему человеку, ближе подходя к самому краю крыши и хватаясь руками за ограждение.
- Так позволь узнать, - его руки накрывают мои, а теплое дыхание щекочет шею.
- Я уже позволила, - шепчут губы, после чего разворачиваюсь и касаюсь пальцами его лица, частично закрытого маской с серебряным узором, чем-то напоминающим дракона.
Он ничего не отвечает, лишь вновь накрывает мою руку, прижатую к его лицу, своей. И мы молчим, думая каждый о своем... Какая же Судьба шутница... В один момент она меняет карты, и ты не знаешь, что же впадет у тебя в следующий раз, и будет ли он вообще? Да, неизвестность страшит нас, ведь, возможно, именно за вот этим ближайшим поворотом нас ожидает смерть. Да, конец неизбежен, но и его можно отсрочить, прожив свою жизнь так, чтобы можно было вспомнить. Можно заработать миллионы, отгрохать не один коттедж, накупить спортивных машин... И что? Но ведь счастье-то заключается не в этом. Оно не в деньгах или материальных ценностях, а в любви, которую нам никогда не понять и не предугадать, и в детях, которые дарят нам то тепло, которое может растопить лед в любом сердце...
Мы спускаемся вниз, где тут же вливаемся в толпу танцующих... Вальс... Знакомая музыка подхватывает нас и несет в своем ритме... И больше не существует ни окружающих нас студентов, с интересом глядящих на столь колоритную парочку. Нет меня. Нет его. Есть только мы. Вместе. Единые. Одно целое.
***
Такие разные и одновременно похожие... Они кружились в танце, глядя друг другу в глаза, лучившиеся счастьем. Он - весь в темном, и она - луч света в темном царстве, луч, вернувший в его сердце надежду, что этот мир не проклят, что его счастье уже с ним.
Они не следили за движениями - их несла музыка, а в самом танце было столько страсти, нежности любви... Миг... и все тихло, а парень с девушкой, взявшись за руки, выбежали из здания университета и сели в машину, рванув на пятой передаче в ночь...
Виолетта
Его пальцы зарылись в мои волосы, освобождая от огромного количества шпилек, поддерживающих прическу. Не помню, как мы доехали до его квартиры, не помню, как поднялись на десятый этаж... Помню лишь его настойчивые и горячие губы, дарующие неземное блаженство. Проворные и изящные пальцы, освобождающие меня от платья.
В следующий миг я почувствовала холод простыней под обнаженной спиной, а в следующую секунду Макс навис надо мной. Горячее дыхание опаляло шею, а затем его губы накрыли мои, а пальцы принялись исследовать тело. Он прочертил влажную дорожку от моей щеки до шеи, спускаясь все ниже и ниже, пока его дыхание не опалило грудь.