Мои пальцы впились в его спину, оставляя глубокие царапины. Миг... и мои сосок оказался во влажном и теплом плену.
-Ма-а-акс, - тело выгнулось, а внизу живота буйным цветом расцвело желание, грозящее поглотить с головой.
- Тшш, - и он плавно стал перемещаться все ниже и ниже, а потом... Это что-то невероятное и невообразимое. Его руки, губы, язык...
- Сейчас будет немножко больно, - прикусив мочку уха, прошептал Ветер... А потом на миг накрыла боль, и мир треснул, рассыпавшись на миллиарды разноцветных осколков... Мы были единым, неразделимым целым... Экстаз...
Я заснула лишь под утро, впрочем, как и он. Это счастье... Действительно, счастье.
- Я люблю тебя, - прошептала, глядя на спящего мирным сном парня, а потом уснула и сама, прижавшись к его боку.
- А я люблю тебя, - прошептал парень, распахнув свои голубые, как летнее небо глаза. Виолетта уже спала и улыбалась во сне,- Ты мое счастье, доставшееся слишком высокой ценой. Но обстоятельства, - улыбка сползла с его губ.
Холодное солнце ноября вставало над миром. Он не ведало пощады, хоть и знало, что их любовь сильна, но ее слишком мало, чтобы перебороть обстоятельства...
Спал город, спали дома и люди, а парень с голубыми глазами все так же смотрел на свое счастье, пусть и такое недолгое...
Месяц спустя
Декабрь... Никто даже и не заметил, как зима прокралась в город. Просто в один момент вдруг с серо-дымчатого неба стали падать крупные и мягкие хлопья снега, похожие на мотыльков... И падал снег, занося дома, укрывая дороги белым пуховым одеялом. Застыла река, на окнах появились морозные узоры. Природа заснула мертвым сном в ожидании прихода весны, а моему счастью не было предела. Я, наконец-то, была рядом с Ветром...
- Эта любовь не дожила до утра,
И до зимы она не дожила,
И, намотав немалый километраж,
Она ушла искать другой рай.
Эта любовь не дожила до семьи,
И до детей она не дожила,
До волосков не дожила седых,
Зато дождем холодным пролилась, - доносилось из динамиков, играющих в машине Макса, который вез меня в аэропорт. Уезжаю в Германию на два года, оставив свое сердце здесь, в России. Эта песня... Знать бы тогда, что она станет пророческой, но нет, я этого не знала.
Одно радует - удалось окончить университет экстерном, так что теперь в сумке лежит красный диплом.
-Не забывай писать и звонить, - в аэропорту нас уже ждали Алинка и Серега. И вот теперь подруга рыдала на моем плече, заливая куртку слезами.
- Да ведь не на север еду, - отшутилась я. Сейчас между нами всеми висела какая-то напряженность и неизбежность, а сердце щемило от предчувствия беды.
- Я буду ждать, - прошептал Ветер, крепко обнимая меня, после того, как удалось успокоить подругу, перекочевавшую в объятия Сереги.
- Я люблю тебя, - мой шепот, и тишина, повисшая между нами... Он так и не ответил, ни тогда, ни сейчас... Он просто впился в мои губы требовательным поцелуем, заставляя забыть обо всем на свете...
- Мы вам не мешаем? - раздался ехидный голосок Сереги.
- Я плавно перекочевала в его дружеские объятия.
- Не верь ему. А вот это почитай на досуге, - в моих руках оказалась газета, которую я тут же развернула и начала читать...
... Вчера общественность узнала о прекрасной и чистой любви графа Максимилиана Ветрова и княгини Амалии Светлой. Эта пара объявила о своей помолвке всем присутствующим в ресторане "Надежда", - там было написано что-то еще... но буквы расплывались, а перед глазами до сих пор стояла фотография напечатанная в газете... Амалия и Макс... Такие красивы и счастливые... В его глазах плескалась та теплота и нежность, которых я никогда не видела, когда он смотрел на меня... Там были только холодность и какая-то отчужденность... Значит, он все это время врал... Почему, почему так? Неужели я проклята? Почему моя любовь не дожила до семьи? Почему мечта рассыпалась замерзшими лепестками алой, как кровь розы?! За что?!!! Из глаз, оставляя на щеках мокрые дорожки, побежали слезы...
- За что, Максимилиан, за что?!!! - я развернулась к нему лицом, бросив злосчастную газету в его лицо, не выражавшее никаких эмоций. Черт, как же больно... Хочется обхватить себя руками, пытаясь закрыть, стянуть ту зияющую рану, что осталась от сердца...
Я развернулась. И быстро взбежала на борт самолета, даже не оглянувшись...
- Виолетта!!!!!!!!!!! - то было последним. Что осталось от моей прошлой жизни. Крик Ветра...
Авиалайнер поднимался в воздух, а я, пристегнувшись, закрыла глаза... Почему-то вспомнилось утро после Хэллоуина...
Ноябрьское солнце медленно поднималось на небосклон, заливая своим светом город... Вот лучик пробрался в окна одной квартиры, запрыгав на лице девушки, на губах которой сияла улыбка...
- Ммм, Макс, - прошептала она спросонья, но тут же, видимо, что-то вспомнив, быстро распахнула сои орехово-карие глаза, - Нет, не может быть, - шептали ее побелевшие губ, когда она увидела рядом с собой мирно спящего парня, рука которого покоилась на ее бедре, а другая - была подложена под щеку. Сейчас он был похож на ангела, спустившегося с небес. И вот уже несколько лет он был для девушки солнышком, путеводным лучом...
-Я одна из многих, кто побывал рядом с ним. И лучше будет, если я уйду, - прошептала она, коснувшись губами его щеки и убрав упавшую на лоб прядку.
- Не отпущу никуда, - не открывая глаз, прошептал парень и, обняв девушку, подгреб ее под себя, а затем повторилось то же самое, что и было ночью...
Боже, кто бы знал, как я тогда ошиблась... Я не нужна. Сейчас, сидя в кресле самолета, это прекрасно осознавала. Осознавала, что мне нет, и никогда не было в его мире, в его сердце. Как оказалось, он еще и граф. Мне даже этого он не удосужился сказать. Наверное, они вместе смеялись надо мной, забавляясь...
Вдруг самолет тряхнуло, он стал корениться... Раздался взрыв... Где-то кто-то кричал, плакали дети...
Миг, и мы стремительно стали приближаться к земле... Удар... Резкий рывок, тело пронзила адская боль, в лицо впились осколки стекла... Надо выбираться, пока он не взорвался к чертовой матери... Я хочу, чтобы моя дочь жила! Ради нее я должна! Глаза закрывались, хотелось спать, остаться навсегда в этом самолете и никогда не возвращаться в этот мир... Но он, мой маленький, должен жить! Должен увидеть мир, полюбить его... Собрав последние силы, поползла... Лицо заливала кровь, но я ползла и ползла... И вдруг раздался взрыв...
Часть II. Маскарад.
Глава 1.
Черные тучи закрыли небо, и хлопьями повалил густой белый снег, ровным слоем покрывший замерзшую грязь. Голые деревья, тянущие свои ветви к небу, просящие вернуть тепло и солнце, так жизненно необходимое им. Все это наводило такую апатию, что хотелось выть, глядя на то, как там, внизу, идут люди, улыбаясь друг другу, радуясь осадкам. А мне осталось лишь...
Что значит хоронить близких и родных раньше срока? Знаете, это больно. Безумно больно. Кажется, что нити, которые связывали тебя с этим миром, лопаются, обрывая связь. Кислород больше не хочет поступать в легкие. Тебе плевать, жив ли ты сам! Свет меркнет перед глазами, и ты идешь, натыкаясь на людей, не замечая их лиц, не понимая, почему жив, а того, кого любил так безумно и всепоглощающе, больше нет?! Нет!!! За что?! Почему?!!! Почем она, а не я?! Ты так же кричишь, глядя в эти черные, смеющиеся небеса! Снег - пепел. Твое сердце сгорело! Сгорело окончательно и безвозвратно. Оно - не феникс, и не способно возродиться из остывшего и холодного пепла!
- Самолет, на котором летела Виолетта... - начал было Серега, сжимая руки в кулаки.
- Что?! Что?! Скажи же мне, скажи!! - я кричал, кричал, как безумный, уже понимая, то этот чертов авиалайнер разбился, что Летки... Что моей Летки больше нет!!!! Нет!!! Ее нет!!!