Решительно встала и пошла в гостиницу. Не будь эгоисткой, Кристалл. Все эти люди должны попасть домой, предотвратить войну, а уже потом ты будешь думать, каким образом вернуться в свой родной мир и не потерять Резерфорда.
Нашла номер некроманта, постучала. Мне молча открыли и пропустили внутрь.
— Красные нити, как лабиринт, — начала я сходу. — Смогла разглядеть, но не знаю, каким образом расширять или добавлять. Я вообще не понимаю, как это работает.
— Ты должна добавить, — кивнул некромант. — Но сначала немного разрушить лабиринт. Ведь мы, получается, пристраиваем к нему новые стены. Понимаешь, о чем я говорю?
Я прикинула, понимаю ли я? Наверное, да. Закрыть один вход, продолжить от него вести линию, добавить несколько блоков…
— А как я это сделаю? — спросила, нахмурившись. Пока я слабо представляю, как буду в воздухе вырисовывать линии.
— Артефакторы говорят, что линии нужно почувствовать, и тогда ты сможешь играть с ними, как захочешь.
— Легко сказать, — фыркнула недовольно. — Ладно, буду пробовать.
— Сильно не напрягайся, — он поднял стакан, в котором плескался алкоголь. Посмотрел на меня из-под ресниц своими черными, холодными глазами. От его взгляда должно быть страшно, да и признаться, мне сталось как-то не очень комфортно находится с ним вдвоем в комнате. Только сейчас поняла, что ни разу не общалась с этим человеком тет-а-тет. И не зря. Ведь от него шла невероятная аура власти, силы, смерти. Наверняка его аура черная. Захотелось прямо сейчас сесть, потому что смотреть на него свысока казалось как-то неправильно, и говорить исключительно шепотом, исключительно на «Вы» и только тогда, когда он попросит. Да и вообще, тот факт, что человек управляет мертвяками, бросает в дрожь.
— А почему? — решилась все же спросить у него.
— Тебе не стоит напрягаться, — пожал плечами некромант. — Лично я не сильно спешу на войну. А ты?
— И я, — подтвердила кивком головы. — Подождите, как это не спешите на войну? — все же присела на кресло.
— В моей жизни было уже столько войн, что очередная — уже никак не цепляет за живое. Ну, проиграем. Ну, победим. Все равно.
— Вот как, — глубокомысленно изрекла я. — И все же вы стараетесь победить?
— Конечно. Это ведь война. Либо ты, либо тебя. Конечно, я буду делать все, чтобы одержать победу. Но я больше не стремлюсь, сломя голову, бежать на поле боя и рубить всех.
— Ясно, — кивнула я. — Хотите спокойствия, а никак не получается отдохнуть?
— Вроде того.
— Можем остаться здесь, — и на лице, против воли, засияла предовольнейшая, широченная улыбка. Ведь я так мечтала, чтобы он ответила: «да», и мы вместе придумали план, как остаться на родной моей земле и чтобы ничего за это не было.
Но ничего подобного не произошло. Некромант усмехнулся, сканируя меня своим холодным взглядом, отпил алкоголя, и ничего не ответил. Видимо, разговор окончен. Поэтому я, неловко поднявшись с кресла, побрела к себе. Но передумала, развернулась и пошла на обед.
Не думала, что элементарное действие — расширить лабиринт — окажется таким не элементарным в его исполнении. Мы сидим на месте уже три дня, я ухожу в лес и колдую, мужчины охраняют, боятся, что люди Кьярини нас выследили и ждут удобного момента, чтобы меня прирезать.
И за эти несколько дней я не продвинулась ни на миллиметрик. Это было двоякое чувство: с одной стороны, я наслаждалась днями, проведенными в цивилизации (пользовалась интернетом, смотрела телевизор) и была вполне себе счастлива, а с другой стороны, мне было очень стыдно перед всеми остальными за свою радость и за то, что не могу их переместить в родной мир. Поэтому я и не плакала, и не улыбалась. Одним словом, ходила никакая и пыталась понять, чего мне вообще от этой жизни нужно. Быть принцессой, а в последствии королевой, явно не мое.