Глава 47
Подъехал школьный автобус. Глупый маленький мальчик заходит внутрь. Его приемная мама машет ему рукой. Он — единственный пассажир. Автобус проносится мимо школы на скорости шестьдесят миль в час. За рулем — мама.
Это было, когда мама вернулась за ним в последний раз.
Она сидит за огромным рулем, смотрит на мальчика в зеркало заднего вида и говорит:
— Кто бы мог подумать, что это так просто — взять напрокат автобус.
Она выруливает на съезд на шоссе и говорит:
— Таким образом, у нас есть шесть часов, пока автобусная компания не заявит об угоне.
Автобус выезжает на шоссе, и минут через десять, когда город заканчивается и начинается пригород, мама говорит мальчику, чтобы он сел впереди рядом с ней. Она достает из сумки красный дневник и вынимает оттуда сложенную карту.
Встряхивает ее, разворачивает на руле, а свободной рукой опускает стекло у себя в окне. Придерживает руль коленом. Смотрит на карту, потом — на дорогу. Потом — снова на карту.
Потом комкает карту и вышвыривает в окно.
А глупый маленький мальчик просто сидит и смотрит.
Она говорит: возьми красный дневник.
Он отдает его ей, но она говорит:
— Нет. Открой на чистой странице. — Она говорит, чтобы он достал ручку из бардачка. И побыстрее, потому что они уже подъезжают к реке.
Вдоль шоссе — дома, фермы, деревья.
Потом они выезжают на мост через реку.
— Быстрее, — говорит мама. — Нарисуй реку.
Как будто он только сейчас обнаружил ее, эту реку. Как будто он только сейчас открыл этот мир. Она говорит: рисуй новую карту, свою. Это будет твой мир. Только твой.
— Я не хочу, чтобы ты принимал мир таким, как он есть, — говорит она.
Она говорит:
— Я хочу, чтобы ты сотворил его заново. Чтобы когда-нибудь у тебя получилось создать свой мир. Свою собственную реальность. Которая будет жить по твоим законам. Я постараюсь тебя научить.
Она говорит ему: нарисуй реку. Нарисуй реку и горы, которые впереди. И назови их. Только придумай свои слова — не те, которые уже есть, а совсем-совсем новые, еще не затасканные и не перегруженные скрытым смыслом.
Придумай свои слова.
Создай свои символы.
Маленький мальчик задумался. Он сидит, грызет ручку; потом наклоняется над тетрадкой, раскрытой у него на коленях, и рисует.
И реку, и горы.
А потом мальчик вырос и все забыл. Он бы, наверное, никогда и не вспомнил про эти карты, если бы их не нашли полицейские. Но он все-таки вспомнил, что когда-то он это сделал; что когда-то он это умел.
А тогда, на дороге, мама взглянула на карту в зеркало заднего вида и сказала:
— Замечательно. — Она взглянула на часы и прибавила газу, и они поехали еще быстрее. — А теперь напиши, как они называются. Река и горы на нашей новой карте. И приготовься: тебе еще столько всего предстоит назвать.
Она сказала:
— Потому что в мире осталось только одно незанятое пространство — сфера нематериального. Идеи, истории, искусство, музыка.
Он сказала:
— Потому что твои фантазии — это самое лучшее, что только может быть.
Она сказала:
— Потому что я не всегда буду рядом с тобой.
Но все дело в том, что глупый маленький мальчик боялся ответственности — за себя, за свой мир. И он уже думал о том, что скоро они остановятся, чтобы поесть, и там, в ресторане, он закатит истерику, чтобы маму арестовали и увезли в тюрьму, и, может быть, если ему повезет, она больше уже никогда за ним не вернется. Потому что ему надоели опасности и приключения и его очень даже устраивала его глупая, скучная, обыкновенная жизнь — без мамы.
Уже тогда он выбирал межу мамой и надежностью, безопасностью и уверенностью в завтрашнем дне.
Придерживая руль коленом, мама положила руки ему на плечи и спросила:
— Чего ты хочешь на обед?
И глупый маленький мальчик сказал, совершенно невинным тоном:
— Корн-догов.
Глава 48
Две руки обхватывают меня сзади. Кто-то из полицейских давит мне кулаками под ребра и шепчет мне в ухо:
— Дыши! Дыши, черт возьми!
Он шепчет мне в ухо:
— Все будет в порядке.
Он приподнимает меня над полом и шепчет:
— Все будет хорошо.
Резкий нажим на брюшную полость.
Кто-то стучит меня по спине — как врач стучит по спине новорожденного младенца, чтобы тот закричал и сделал первый вдох, — и крышечка от бутылочки с кетчупом вылетает у меня из горла. Кишечник непроизвольно опорожняется — прямо в штаны. Два резиновых красных шара и все дерьмо, скопившееся за ними.