Еще никогда Лешка не чувствовал себя таким потерянным – даже тогда в лесу. Стоп, но Сашка сумела их вывести. Как? Доверилась своей интуиции. Сестра говорила, надо отключить все мысли и идти туда, куда чувствуешь, что надо. Но как чувствуешь? Где? Эх, почему он подробно не распросил! По дурацкой привычке, только посмеялся.
Может, это как в холодно-горячо? Только играешь с судьбой на чужую жизнь! И причем не на чужую – а своей маленькой сестры! Ладно, просто попробую. Чтобы не думать, что с Сашкой может быть. Лучше – где она может быть. На пустыре? Ничего не ощущается. Нет, как будто сгустился холод. Саша на их улице? Странное чувство, что вроде бы да – а еще стало теплее. Или это только кажется? Она выходила за ворота? Снова повеяло холодом. Она в доме? Уже не тепло и не холодно – но ощущение, что нет. Тогда где?
Машинально, секундами выключаясь от недосыпа и усталости, Лешка медленно брел, сам себе не отдавая отчет, куда. И оказался за домом и поленницей, возле заброшенного хлева. Когда-то там держали корову, потом коз, потом превратили в склад старья, которое когда-нибудь может понадобиться. Лешка сам не верил своим догадкам, то есть всей этой всплывающей откуда-то хренотени, но все же толкнул дверь. Она не поддавалась. Ну вот, нифига не сработало. Сарай заперт, а Сашка бог знает где. Он толкнул дверь еще раз, просто для очистки совести. И вдруг понял, что она не заперта на замок, а чем-то подперта изнутри. То есть там точно кто-то есть! «Сашка! Саша!» – выкрикнул он. «Ты один?» – глухо послышалось оттуда. Это был голос его сестры! Слава богу – живая! «Я один. Но тебя все ищут». За дверью послышался шум, от нее что-то отодвигали. И еще. Потом усталый голосок Сашки сказал, что у нее нет сил открыть дверь с ее стороны. Лешка толкнул деревянную ручку и вошел внутрь. Там было темно, пыльно и затхло. «Закрой!» – Сашка в луче его фонарика выглядела перепуганной. Ее страх тут же передался ему, а радость от того, что сестренка нашлась, как-то улетучилась. «Что случилось? Ты кого-то боишься? Ты тут прячешься? От кого?» – он заметил, что она дрожит. Сашка была все в той же одежде, грязной и мокрой. Должна быть реально серьезная причина, чтобы уставшая, голодная и замерзшая пятилетняя девочка просидела здесь несколько часов!
– Ты не помнишь? Он же обещал меня убить!
– Кто?
– Инопланетянин. Этот Чужой, который вселился в папу.
Лешка все же сумел сдержать смешок – потому что очень устал. «Да он просто пьяный, – объяснил он. – Пошли, тебе надо в сухую одежду». Но девчонка помотала головой: «Не пойду. Принеси мне. Пожалуйста!». Она сильно дрожала, но не плакала. Хотя при свете фонарика видно, что раньше ревела, и долго: глаза все красные. Лешка еще никогда не видел такого потерянного лица. Разве что у бабушки на дедушкиных похоронах. Неожиданно даже для себя Лешка обнял Сашку, совсем позабыв, что это девчачьи-телячьи нежности: «Пойдем домой, сестренка. Батя твой спит уже. Ничего не бойся – мы все будем с тобой. Никто не даст тебя в обиду».
…Во дворе их заметили сразу же, окружили, запричитали. Сашку повели греть и мыться. Лешка сам не заметил, как уснул с довольной улыбкой на лице. Именно он нашел сестру, именно он стал ее спасителем! У него тоже есть интуиция! Сто пудов быть ему великим сыщиком.
Лешка снова проснулся, когда Сергею приспичило отлить и, спотыкаясь и чертыхаясь, пьяный начал задевать стены и мебель. Что-то несколько раз с грохотом упало, что-то разбилось. Мать помогла сыну найти дорогу во двор, разрешив облегчиться с крыльца прямо на свои любимые гладиолусы. Лешка услышал, как за тонкой стеной Сашка испуганно спрашивает: «А он точно меня не накажет?». «Да за что тебя наказывать? Спи, наконец!» – ответил голос его матери. Баба Лена помогла Сергею добраться до кровати. Он сразу же отрубился и снова раскатисто захрапел.
– Как она? – мать и дочь обе пришли на кухню глотнуть воды.
– Плохо, – сообщила Надежда.
– Что, температура? Столько провела в грязище да в холодище!
– Да не в этом дело. То есть, явно не только в этом. Сашку до сих пор трясет, и она как бредит – повторяет, что папу подменили!
– Вроде не припадочная? Была. Или это от температуры? – озабоченно заметила баба Лена.
– Мама, ты лучше иди поспи. Отдохни хоть немного. Мы все здорово вымотались, но я о тебе переживаю. Я сама с маленькой посижу.
– Как знаешь. Только баловство это! Ты бы ее не отвлекала, она бы и уснула, – сердито заметила бабка.