Солнце еще не достигло зенита, а камни, словно угли, жарили ноги прохожих, блеск от проезжающих машин слепил глаза. Рыжий слегка понуро и размеренно шел вдоль белоснежного ограждения, отделяющего дорогу и высокий обрыв. Резкими движениями он вытирал ладонью лоб, прикрытый черной кепкой. Жесткая блестящая щетина на лице, черные очки скрывающие взгляд, и неопрятная одежда привлекали к себе взгляды прохожих, некоторые без особого стеснения обходили его стороной.
Закатанные рукава рубашки обнажали грубые руки с часами на правой руке и сигаретой. Пальцы левой стучали друг о друга в такт песне, которую он решил то ли запеть, то ли просвистеть, то ли пробубнить.
«О, богиня моих земель,
Я мог бы стать тебе верным слугой,
И петь песни о жизни людей,
Рассекая твой воздух крылом.
О, богиня моих земель,
Дай еще мне хоть парочку лет,
Прежде чем я усну вечным сном…»
Пнув брошенную на пути жестяную банку, он поперхнулся дымом и, кашляя, завершил куплет.
– Плевать я на тебя хотел… – негромко засмеявшись в конце, он взглянул на часы и остановился у ограждения. – Раньше за эти слова скала могла рухнуть прям подо мной … забавно…
Бросив окурок в стоящую рядом урну, продолжил, глубоко вздохнув.
– Ну а ты? До чего ты себя довела, развела муравейник, ну… муравьи хоть не гадят.
– Ты с кем разговариваешь? Тебе плохо что ли? – грубый голос подошедшего мужчины прервал монолог Рыжего. Он выпрямился от неожиданности и, опустив очки, с несколько секунд разглядывал пришедшего.
– Я с кошкой разговаривал, – ответил он, буркнув еле слышно. – Ну так, где мои новости?
– Я тут на лавке уже полчаса сижу и не было тут никакой кошки, ты бы взял очки еще темнее, и вообще, как положено, деньги вперед.
Рыжий достал несколько купюр и переложил их в широкую пухлую ладонь. Деньги быстро скрылись в нагрудном кармане рубашки, и человек продолжил разговор.
– Экий богач, мог бы себе психиатра нанять, еще и на одежду нормальную осталось бы, ахахах, кошка…ну надо же! – мужчина словил на себе ледяной взгляд своего собеседника и замолчал. Помявшись с ноги на ногу и оглянувшись по сторонам, он заговорил снова.
– В общем, парочка людей знает его очень хорошо, косяк за пацаном есть, и знакомый мой решил его домой свозить за презент. Пацан узнал за это и сбежал опять.
– Какой косяк, какой еще презент? Нормально объясни.
– Ищут парня твоего за потерянный товар, наказать хотят. Натворил по детству глупостей и скрылся. Он родился в поселке, в трех часах езды отсюда, терялся где-то несколько лет, сейчас вернулся вот, и теперь за него денег обещают. Плюс ко всему, несколько полицаев за этим стоит. Я не буду называть имена, но личности среди них есть высокие. Я, конечно, не в курсе всех дел, но знаю, что его еще и статьей запугали, если сам не придет.
– Он в розыске или нет?
– Нет, никто его объявлять не будет, он же тогда всех сдаст. Хотят его выловить по-тихому и наказать. Он тут у бабули комнату снимал, бравые ребята к нему в гости пришли аккурат когда он в магазин вышел. Видно спалил он и сбежал, что все оставил, даже документы и телефон. А пока ждали, на телефон еще и сообщение интересное пришло.
– Какое?
– У парня батя умер, ну теперь уже три недели назад, остался малой брат, его определили в интернат. Как думаешь, будет твой малец своего спасать?
– А вещи его там и оставили?
– Нет, документы и мобилу забрали, а новость про батю передали хозяйке дома, чтобы, если вернется, ему рассказала. Думали, он на похороны приедет. Но я сразу сказал, что пацан не последний дурак.
– Ну это то да… – задумчиво констатировал Рыжий.
– А вот мне интересно, а тебе он зачем? Пожалел мальца? А вы не родственники? Если нет, так говори где он, и я тебе деньги твои отдам, а потом еще и сверху принесу. – Мужчина достал деньги, полученные от Рыжего и протянул ему, зажав купюры большим пальцем.
«Что мне твои деньги?» – подумал Рыжий про себя и слегка отмахнулся левой рукой.