В самом низу по полям серым одеялом стелился туман. Он исчез только к концу поездки, когда солнце иссушило последние капли росы. Вдали от моря погода была все такой же непредсказуемой, то радовала теплыми лучами, то нагоняла тучи прохладным ветром.
Деревня сильно отличалась от города: местами не было дорог, всюду разгуливали куры, даже в центре. «Местные голуби», – как шутливо подметил Рыжий.
Несколько пятиэтажек стояли центром всего, старые, с металлическими балконами и кривыми, полузаваленными козырьками у подъездов. Сэт демонстративно не смотрел в их сторону, прокладывая путь через железную дорогу и поле недавно скошенной пшеницы. На пустыре и в поле ветер казался еще холоднее. Рыжий то накидывал, то скидывал капюшон своей толстовки, сетуя на изменчивость погоды. Сэт же молча потирал ладонями голые плечи, вслух завидуя товарищу.
– Джинсы, толстовка… я же вещи свои забрал, а по привычке надел вчерашнее.
Время перекатило за обед, пешие и автобусные прогулки порядком поднадоели и утомили. Пройдя пустырь и еще несколько улиц на другой стороне деревни, они остановились у продуктового магазина. Купили воды, сигарет и, продолжив путь, вышли к участку, глухо огороженному высоким зеленым забором, за которым виднелась черепичная крыша.
– Вот этот интернат. Есть идеи, куда идти и что сказать?
– Ну для начала узнаем точно ли он здесь.
– Я могу помочь? – вмешалась неожиданно появившаяся из-за угла девушка. – Привет.
Светлые волосы и зелено-карие глаза, первое, что выделялось в ее внешности. Немного веснушек и пухлые губы под широковатым носом. Бледные брови и обильно сдобренные тушью ресницы придавали ей совсем простой вид, а голубые джинсы и белая футболка облегали худое юношеское тело.
– А ты отсюда? – спросил Рыжий, не растерявшись.
– Тебя ведь Саша зовут? – подхватил Сэт. – Я тебя знаю.
– А я тебя нет. Так что нужно?
– Ты знаешь Аарона Претича? Он должен быть в интернате, с недавнего времени. Ему двенадцать. У него еще родимое пятно темное под левым глазом.
– Да, знаю, а вы кто?
– Я его брат, это мой знакомый, мне бы встретиться с ним.
– Хм…поняла, ну у него должны быть занятия сейчас до четырех часов, раньше его не выпустят, можете пока к директору зайти, если вы родственник.
Девушка отступила шаг в сторону и указала рукой направление к калитке, – Я провожу.
– Э…нет, – Сэт замешкался и уставился на Рыжего, всячески намекая мимикой, что ждет от него помощи. Рыжий задумался, но ничего не ответил, тогда Сэт продолжил, снова обратившись к девушке, – мы тут подождем, а ты сможешь ему передать? Ну что я тут жду.
– Хорошо, скоро перемена, пойду скажу.
Девушка развернулась ко входу, прошла несколько шагов, а потом оглянулась.
– А вообще…нет. Ты точно брат? У нас тут хватает отморозков так-то. Посещения положены через директора. Ну, или может хоть документы покажете?
– Ммм…ну а если нет с собой? Я точно брат, да и он знает, ты только скажи ему, что пришел Сэт.
– И что с вами делать? – недовольно выдохнула девушка. – Жди до четырех, я разберусь.
Она пошла дальше и скрылась за старенькой скрипучей калиткой. Сэт заглянул в щель в заборе и проводил ее взглядом по дорожке, с оградками из самшитовых кустов, которая вела до небольшой лестницы у серого двухэтажного здания с множеством окон. Сквозь щель он разглядел спортивную площадку с баскетбольным кольцом и пару турников. Весь двор являл собой жалкое зрелище тюремного лагеря, не хватало, на его взгляд, колючей проволоки.
Рыжему тоже стало интересно заглянуть во двор, и Сэт уступил ему место, после чего они решили прогуляться в поисках лавочки. За другим углом учебного двора из-за кустов виднелась пара приколоченных к тополям досок. Рядом стояло мусорное ведро, доверху набитое пивными бутылками и окурками, вперемешку с пачками от чипсов и шкорками семечек. Легкий ветерок разносил от ведра не самый приятный аромат, поигрывая выпавшими фантиками и пустой пачкой от гренок. И все это на фоне небольшой речушки и рощи за ней.