– Аарон с нами будет, – чавкая, дополнил парень, на что Мира смолчала.
Опустошив свою миску, Рыжий предложил всем расходиться, что сильно возмутило девушек, ведь они не привыкли ложиться так рано. Понимая, что переубедить их не удастся, мужчина будто занервничал, закурил и стал слишком часто заглядываться на Сэта. По нему было видно, что какое-то нетерпение гложет его изнутри, левый глаз его неестественно часто моргал, пальцы сплетались в замок и разбегались обратно. Правая нога, закинутая над коленом левой потрясывалась в быстром ритме невротика. Наконец он не выдержал.
– Пошли поболтаем.
– Что сейчас? Я не доел.
– Пошли говорю.
Не обращая внимание на требование, Сэт не спеша доел все до последней крошки и привстал, отряхиваясь. Рыжий тут же подскочил и, кивнув, пошел к морю.
– Ты должен помочь мне умереть, – произнес он нервно перебирая пальцами мелкую гальку.
– Ты вполне справишься без меня, можешь повеситься на своей любимой сосне…
– Ты не понял, – перебил он настойчиво. – Ты должен меня убить, чтобы моя душа покинула это тело.
– Боже мой, дружище, какое убийство? Ты в своем уме вообще?
Отвернув взгляд от горизонта, Рыжий надменно и вопросительно взглянул на парня.
– После того, что ты видел, после того что я с тобой и для тебя сделал…– заговорил он обиженно. – Ты сомневаешься во мне и моих словах?! Лезь в воду!
– Остынь. Зачем в воду?
– Я снова покажу тебе.
– Я верю…верю, но мне…
– Страшно?
– Нет!
– Да, оно самое. Я не убийца, Сэт, и ты тоже. Это лишь тело, оно ведь чужое! Я застрял в нем, и только ты поможешь мне вернуться туда, откуда я родом. Я умру на этой планете и оживу на другой. Это всего-лишь тело, оболочка! И ты должен помочь мне избавиться от нее. Майя ведь права, не было пальца на этой руке! И зубов не было. Разве у людей, нормальных людей может это все вырасти заново? И глаза еще пару лет назад были карие, и лысина на голове, такая огромная плеш, ты бы видел!
– Кто ты?
– А обуви я знаешь сколько поменял с сорок пятого до сорок второго? Нельзя так усохнуть, я тебе говорю – нельзяяяя…
– Кто ты? – повторял Сэт снова. – Почему ты сам не можешь пойти и утопиться? Почему я должен это делать?
– Ты увидишь, все своими глазами, узнаешь, пощупаешь. Чтобы мой дух не рассеялся, чтобы его не забрала Земля, мне нужен проводник. Мне нужна линза, которая соберет все и лучом направит туда, куда нужно. Это как портал, и только мы с тобой можем его открыть.
Рыжий достал спрятанный за камнями большой кусок стекла размером с форточное окно и, не раздеваясь, не снимая старых кед потащился через толщу воды, а зайдя почти по пояс упал вперед спиной и медленно поплыл дальше.
– Оглянись, Сэт! Они уже тут.
Парень оглянулся и увидел, как в его сторону крадущейся походкой приближаются два животных силуэта. Он даже разглядывать их не стал и бросился в воду, как и Рыжий, не раздеваясь, но и не оглядываясь назад.
Рыжий стоял по грудь в воде и смотрел на небо через мокрое стекло. Подплыв ближе, Сэт увидел как по стеклу стекают капли, светясь в желто-золотых оттенках, а падая, снова становятся прозрачными.
– Я нырну, а ты накрой меня стеклом и не дай мне всплыть.
– А если ты захочешь? Я ведь даже удержать тебя не смогу. Мне это не нравится! Я не понимаю, ты утонешь, а что мне потом делать?! Ответь!
– Нырни тогда ты сейчас, давай. И я покажу тебе кое-что.
Понимая, что выхода у него нет, и те странные существа уже сидели у самой воды, Сэт нырнул. Подводный шум окружил его голову, открыв глаза, и упершись руками о дно, он по прежнему не видел ничего. Но тут ему вспомнилось, как Рыжий чуть было его не утопил и посмотрел наверх. Ладони мужчины лежали на воде, пальцами придерживая стекло. Сэт сразу понял, что это стекло непременно нужно рассмотреть снизу, иначе зачем Рыжий его взял?
Легкая волновая рябь играла то под стеклом, то над ним, а тем временем звезды, которые Сэт видел через него, становились будто ближе и ярче, а потом возле каждой большой появлялось несколько поменьше. Он моргнул еще раз и огни пришли в движение. Завороженный, он смотрел на это, пока Рыжий не достал стекло из воды, и парень, снова обретя себя, ощутил, как воздух в его легких стал словно ядовитым, сдавливая грудь.