Было ясно, что он не собирается вставать. Единственным решением было попытаться поднять его и привести в чувство, но он и не сопротивлялся, как будто ему было глубоко все равно на то, что с ним делают.
На миг Сэт подумал, а может и правда что-то произошло и теперь перед ним бездушная плоть? У Рыжего был настолько отрешенный и несчастный вид, что в купе со старыми мокрыми вещами, щетиной и седоватыми волосами, он походил теперь на спившегося бродягу. Придав ему сидячее положение, Сэт понял, что тот вполне вот-вот завалится обратно.
– Ты узнаешь меня? Пойдем домой?
Мужчина заторможенно поднял глаза и закачал головой, вроде как и положительно, но в то же время странно ритмично и машинально. Тогда парень попытался взять его под руки и поднять, но тот резко отстранился.
– Я домой.
– Я хотел помочь тебе.
– Я сам.
Ушел он очень быстро, почти бегом, обходя поляну стороной. Сэт украдкой пошел за ним и проследил до самой хижины. Он хотел сперва посидеть немного, подождать, сам не зная чего. Он даже немного переживал, почти как за родным человеком, но потом вспомнил, что уже надолго оставил брата.
Уже на следующий день Рыжего было сложно узнать. Он стал много грубить, перестал общаться с Сэтом, но охотнее проводил время с его братом. Сэт сперва был против и добился с Рыжим разговора, в котором тот объяснился, что ему нужна передышка, а Аарон сам тянется к нему. Да и все общение было на виду и ограничивалось ловлей крабов и книжками на поляне. По крайней мере Сэт видел только это.
Рыжий был вежлив с Сашей, да и со всеми остальными девушками на берегу. Когда ходил в город, часто приносил что-нибудь вкусное. Однако упорно делал вид, что не слышит просьб сходить за водой. Это было обязанностью каждого жителя. Путь туда-обратно занимал около двух часов, вылазки нужно было делать каждый день. Таскать бутылки по камням и корням было не самым легким занятием.
В один день Борода закатил скандал, когда узнал, что Рыжий пропустил уже две свои очереди. Остальные его стали поддерживать, и недовольство разрасталось как снежный ком. Тут же кто-то стал жаловаться, что пару дней назад он выгреб из котла остатки макарон с тушенкой, тем самым объев несколько человек. А потом еще и нашлись свидетели того, как он закидывал камнями деревья, чем очень шумел и не давал спать.
Чтоб хоть как-то смягчить народный гнев, Сэт предложил свою кандидатуру для похода, но острое чувство справедливости заставило Бороду отказаться от предложения. Во всем этом маленьком поселении он был негласным лидером, и кому как ни ему нужно было пойти и поговорить с «халявщиком».
Сэт молча пошел за мужчиной, опасаясь, как бы чего не произошло. Под небольшим утесом в кустах черноягодника показалась фигура Рыжего. Сэт сразу узнал выцветшую серую куртку и кепку, они выгуливались часто и даже в жару, как будто их владельцу было холодно, несмотря на двадцать пять градусов в тени.
Борода шел напролом, не особо стараясь обходить колючие кусты, которых на пути к дому Рыжего было больше чем где-либо. Сэт же огибал их по тропинкам, которые знал наизусть. В одном месте тропинку перерезала старое сухое русло, и в момент, когда Сэт стоял на его краю, камни посыпались из-под его ног. Борода остановился, а потом присел на полусогнутые. Земля ощутимо содрогнулась, потом еще и еще. В след за маленькими камнями под ногами Сэта треснул большой плоский камень и, не сумев удержать равновесие, парень опустился ладонями к земле.
– Вода! Вода! – Послышался детский голос.
Сэт не сразу заметил своего брата, стоявшего по другую сторону от Рыжего. Было смутно понятно, что Арон стоит подальше от утеса и будто выглядывает, прячась за большим стволом. Когда толчки кончились, мальчик подбежал к утесу. Из небольшой трещины в метре над землей полилась мутная вода, вымывая камни и куски грязи.
– С ума сойти, как вовремя! – возликовал Борода, вставая наконец в полный рост.
– Она грязная, – важно констатировал мальчик.
– Сегодня уже будет чистой, – ответил Рыжий. – можешь вырыть себе бассейн.