– Это ведь сон, даже если он про будущее, может я был в другом месте?
– Нет, ты не понимаешь, там не было мамы, папы…
– Но их и сейчас нет, Арон!
– Нет! Ты опять не понимаешь! – снова, уже рыдая, выдавил мальчик. – Саши там тоже не было, а он ее убил…кажется.
– Рыжий…кто, Рыжий убил Сашу? Нееет… – он не поверил своим ушам, но мальчик, весь сотрясаясь от волнения и страха, несколько раз утвердительно кивнул головой.
Дыхание перехватило, не отпуская рук брата, Сэт просто сложился еще ниже к земле. Мозг будто отключился и прогонял одну мысль как заевшую мелодию. Глаза сами собой принялись осматривать окружение в поиске неизвестно чего.
– Сээээт, – жалобно протянул мальчик. – Он сам это сказал только что и ушел.
– Что он сказал? Куда ушел?!
– Он забрал меня. И мы пошли к новому водопаду. Я там видел женщину, она очень похожа на Сашу, но это была не она. Она была как призрак и стояла в водопаде когда мы пришли. Рыжий сел перед ней и стал кричать. Ты слышал как он кричал? Он очень громко кричал на нее, просил поговорить с ним. Он сказал, что убил из-за нее человека и теперь не знает что делать. Он постоянно повторял: «Ты должна была прийти, ты должна была прийти». Он как псих раскачивался и плакал.
– Ты убежал? Он там сейчас?
– Нет… – будто вспоминая, мальчик поднял голову и немного успокоился. – Эта женщина заговорила, она сказала Рыжему, что придет, если он сделает в этот раз все правильно, как говорил Сэнтримо.
– Кто-такой Сэнтримо?
– Я не знаю, Рыжий говорил, что это человек, который умел говорить с планетами. Он тоже учится и научит меня. Когда женщина исчезла, Рыжий сказал, что меня он никогда не тронет. Он заставил меня искать тебя и передать, что будет ждать тебя на озере. Ты же не пойдешь туда один?! Сэт, не пойдешь?!
Не зная, что делать, парень соскочил и стал звать на помощь, перебирая все имена, что мог вспомнить. На крик первой прибежала Мила. Ничего не объясняя, он потребовал, чтобы та крепко держала мальчика и не позволяла ему бежать следом. Арон снова разразился плачем, заглушая все ее вопросы о случившемся. Он стал бить ее ногами и кусать, что есть сил. Мила быстро поддалась и отпустила его.
– Рыжий кого-то убил, я должен найти его, – выдавил из себя Сэт, на немой вопрос Милы, застывший в выражении ее лица. – Держи его, слышишь! Тащи на поляну и ждите меня, не слушайте его и не идите за мной, – пытаясь предостеречь, Сэт попутно связывал брату руки первой попавшейся тряпкой, чтобы Мила хоть как-то могла с ним справиться. Мальчик кричал как обезумевший, и стало слышно, что на крик бегут еще люди. Убедившись, что на этот раз Мила справится, Сэт скрылся за деревьями.
Над озером плыла легкая дымка, наконец, взошла полная луна и осветила все вокруг. Ни единого порыва ветра, все застыло как в глубоком сне. Только смешение звуков, издаваемых цикадами, и шелеста сухой травы нарушало лесное спокойствие.
Рыжий сидел на покатом берегу и его силуэт сливался с оголенной серо-черной землей. Сэт заметил его только по отблеску нашивки на куртке, но сразу не решился подойти. При нем не было оружия, он не владел искусством боя. Просто броситься – а там что будет? Рядом не было ни камней, ни палок, Сэт просто решил для начала окликнуть его.
– Рыжий!
– Иди сюда и мы поговорим, – ответил он спокойно, и вполоборота развернулся, указывая большим пальцем место рядом с собой.
– Это правда, что мне сказал Аарон?
– Я всю жизнь только и делаю, что прошу у всех прощения. И только сейчас я понимаю, что это ничего не изменит.
– Где Саша? Что ты сделал с ней?! Где она?!
Сэт держался изо всех сил, но все же вскипел и в два шага оказался совсем рядом с Рыжим. Руки потянулись к горлу, но Рыжий лишь оттолкнул его, и тело парня под уже знакомой силой перестало подчиняться ему, как было до этого. Все, что было позволено – это сесть рядом и поворачивать голову.
– Не так давно у меня появились шрамы на руках, – спокойно заговорил Рыжий. – Мне ведь эта жизнь здесь казалась нереальной – сном, где я не мог проснуться. Эти полосы на ладонях я помню наизусть, как и день, когда я их получил. Знаешь, раньше мне снилась всякая чушь, кошмары и катастрофы, я смотрел на свои руки и благодаря этому просыпался. Эти шрамы были меткой моей настоящей жизни, потому что во сне их никогда не было. Я ведь поэтому до последнего надеялся, что проснусь. Но нет.