— Ну и сейчас ему весело. Я видела его в кругу друзей, — не сдержала кривой усмешки.
— Общается, конечно, с другими. Диего — фигура постоянная, именно его я вижу чаще всего в его компании, с которой, впрочем, совершенно незнакома. О жизни брата на улице знаю ничтожно мало. Да и знать не желаю — как-то страшно. Я сторонница старой доброй поговорки: «Меньше знаешь — крепче спишь», — улыбнулась девушка.
Вот, значит, как? Ничего не знает и знать не хочет, но заявляет, что он хороший человек… Так ведь она говорила в день нашего знакомства?
Если бы Ари знала, какие ещё испытания выпали на мою долю по его вине, помимо чёртова гроба! И как же я сочувствую тем несчастным, что были обречены хранить молчание! Ведь точно так же и я не в силах поведать ей о трагедии, что едва не оборвала мою жизнь. А, судя по всему, она и рада не знать.
И все же, сколько всего этому психу удаётся утаить от сестры! Но чудится мне, что даже если бы Ариана разверзла завесу всех его тайн, её любовь не дрогнула бы ни на йоту, не убавилась бы ни на грамм, ни на миг. Так крепко она привязана к Дэму, словно неотъемлемая часть его самого. Будто одна душа, разделившаяся в телесном воплощении: ей, темноволосой, достался светлый лик, ему же — его теневая сторона.
— А как у него с личной жизнью, Ари? Он часто менял пассий? — неожиданно для самой себя спросила я, чувствуя, как ускользает привычный контроль над речью. К чему мне ответы на столь бессмысленные вопросы?!
— Ох, знаешь, я не особо в курсе. Домой он никого не приводил раньше, не приводит и сейчас. Что творится за его стенами — загадка. У них была одна «забава»: встречались пару дней, развлекались, собирали компромат: фото, видео… — она поморщилась, и я, сама того не замечая, скопировала её гримасу. — Всё это сливалось в закрытую группу, иногда и распространялось, чем наносился непоправимый урон юным сердцам. Я до сих пор не понимаю, как можно было попасться на эту удочку, когда было столько доказательств того, что они поступают со всеми одинаково подло.
— Вероятно, полагали, что подобная участь минует их, что они — исключение, — внезапно накатило горькое озарение.
— Да, похоже, им отчаянно хотелось верить в собственную избранность, — прошептала гостья, печально вздохнув. — Сейчас у него есть Стейси, по крайней мере, о ней известно мне, но и это призрачно. Так что твои шансы, дорогая, всё ещё реальны, — добавила голубоглазая, игриво подмигнув.
Шансы? О, Боже, я и думать забыла, что он мне «нравится». Пусть пребывает в заблуждении! Лишь бы не пыталась свести нас…
— Постой-ка… А как же Невилл? Я что-то совсем запуталась, — нахмурила брови брюнетка, с сомнением вглядываясь в мои глаза.
Чёрт! Вот я влипла…
— Невилл мне нравится, да, но вряд ли нам суждено быть парой. Скорее, мы могли бы стать хорошими друзьями, — попыталась прояснить ситуацию.
— Понятно. Но с ним у тебя было бы куда больше шансов на здоровые отношения. Да и вообще, на любые отношения, — усмехнулась она.
— Ты права, — рассмеялась, спеша увести разговор в сторону. — Скажи, Ари, каково это — быть тобой? — робко прозвучал мой вопрос.
— Ч-что? — недоумевая, переспросила девушка.
— Каково это — быть его сестрой? — уже громче, обретая уверенность, повторила я.
— М-м, это сложно передать словами, — брюнетка задумалась, плотно сжав губы. — Представь, что ты совершенно не умеешь плавать, а его руки — это твоя спасительная соломинка, не дающая утонуть, пока ты судорожно бьёшься в воде. Ты в глубине души уверена, что не пойдёшь ко дну, но он в любой момент может опустить руки ниже, оставив тебя захлёбываться, а затем вновь вернуть чувство безопасности.
— Жуть какая!
— Согласна, — улыбнулась Ари. — Если подумать, можно найти и получше сравнение, но это первое, что пришло на ум.
Мягкий свет лампы отражался в остывшем чае, который мы безмолвно отпивали. Между нами повисла недолгая тишина, а затем снова зазвучал её голос, проникая в самый мрак:
— И всё же, что бы я ни говорила, как бы ни осуждала его поступки, я люблю Дэма. Люблю сильнее собственной жизни, — с надрывом призналась она, взгляд её устремился куда-то за грань видимого. — И ничто, ничто на свете не сможет этого изменить! — пугающе отрезала темноволосая, и по телу пробежала дрожь.
Внезапно я завладела вниманием гостьи, но лишь вздрогнула от мрачности её профиля. Глаза Арианы, прежде полные чувств, потемнели, обретая угольно-синий оттенок. В них промелькнула холодная, безжалостная сталь, столь знакомая по взгляду её брата.
К пеплу - 15
Ариана Риккадо
Одиннадцатый час вечера клонился к полуночи, и я засобиралась домой. Эд настоял на том, чтобы забрать меня, хотя я вполне могла добраться и на такси, но спорить не было ни малейшего желания, да и причин тоже.