Моё утверждение прозвучало для меня как дерзкий и уверенный выпад.
— Так своё умозаключение представила, словно раскрыла дело года, — усмехнулся Дэм, и в его смехе нашлись отголоски смеха притихших было зрителей. — Забавная ты, глупышка.
— А ты двуличный! — взорвалась я, сверля его испепеляющим взглядом.
— И это должно меня задеть? — он вновь рассмеялся, но уже без прежней весёлости.
— Значит, ты признаёшь, что притворяешься рядом с ней? А без неё ты тот, кто ты есть на самом деле, верно?
— Стараюсь беречь её психику. Не всегда удаётся, но я стараюсь, — размеренно поведал он, будто эта исповедь была для него столь же естественна, как дыхание.
— А все остальные люди, по-твоему, не заслуживают хорошего отношения?
— Ты это о себе? — хмыкнул он.
— Не только. Я говорю о каждом, кто был вынужден терпеть твоё общество.
— Вынужден? — Дэм принял вид глубоко задумавшегося. — О ком речь? Какой круг отверженных ты имеешь в виду?
— Есть разница? — Вызов в моём голосе потонул в его снисходительной усмешке.
— Если Ари тебе что-то и доверила, то сейчас ты её попросту предаёшь своими нелепыми допросами.
— Нет, мы о тебе не говорили. Ты последнее, что я хотела бы обсуждать.
— Но всё твердит об обратном, — ухмыльнулся он, отпив виски прямо из горла. — Ты прозрачна, предсказуема, наивна, глупа и слаба. Исходя из этого, ты идеальная жертва. Вкусная. Словно маяк, манишь тех, кто хочет питаться.
— Питаться чем? — Мои глаза, пленённые его безупречным профилем, отчаянно искали ответ.
— Плотью, твою мать! Что тут непонятного? — Диего залился смехом.
Дэм улыбался, а Гордон, поперхнувшись сигаретным дымом, лишь криво усмехнулся.
— Ари, по-твоему, другая? Сильная?
— Да отстань ты от неё! Вечно её впутываешь, — возмутился шатен.
— Нет. Вы похожи, — неожиданно ответил он, шокировав всех своим заявлением.
— Значит, и она может стать чьей-то добычей? Так выходит? — хотелось уличить его в этой мысли, загнать в угол, где правда не смогла бы укрыться.
— На двоих её не хватит, — хмыкнул Северный, заставляя задуматься. Неужели он имеет в виду… — Скучновато становится, не находите? — с улыбкой спросил он присутствующих, прерывая мои размышления. — Ты ведь собиралась порадовать нас суицидом… Я прав, хорошая моя?
Его вопрос вернул меня к реальности, от которой я так старательно бежала. Мой взгляд, до этого устремлённый на собеседника, потускнел перед лицом неизбежного.
— Или порадуй меня, — добавил Гордон. Его похоть, словно липкая паутина, окутывала и выворачивала наизнанку.
— Ну и меня тогда уж, не жадничай, — ухмыльнулся Диего, положив ладонь мне на ногу, но я тут же сбросила её.
Мерзко! Отвратительные существа!
Неужели ни единого козыря, ни призрачного шанса на спасение? Или же нынче разум мой слеп и не видит его?
— Или же ты можешь осчастливить узников, — прошептал синеглазый, и его пальцы ласково перебрали мои пряди, — в лучшем случае — обитателей палаты № 6. Это довольно просто организовать, поверь мне. — Сладкий яд растекался в его словах.
Почему же столь жестоки их сердца? И сколь бездонна пропасть, что вмещает бесчисленные души, лишённые сострадания? Какой процент составляют эти твари среди нас, людей с настоящими, живыми сердцами?
— Это вы… вы — истинные пациенты психлечебницы! Но даже там вам, пожалуй, не помогут. Вы трое безнадёжно больны!
— А ты будешь здорова, но мертва, — парировал Диего, его смех прозвучал дерзко и задорно. Видимо, он упивался своими бездарными вставками, словно искушённый ценитель.
— Вы не вправе отнимать жизни! Кто даровал вам такую власть? Сам дьявол? Вы предстанете перед судом Господним, и не будет вам никакого прощения!
Словно река, лилась моя проповедь, будто чья-то воля пыталась пробиться сквозь меня, донести эту вечную истину. Слова эти, напугав и одновременно заворожив, по всей видимости, нашли отклик лишь в моей собственной душе.
— Адвокат, которого ты так любезно упомянула, выиграет это дело. Так что не тревожься, преподобная наша. В котле вариться не нам, — подал голос стоявший передо мной.
— Поехали к мосту, — оживился Дэм, до этого поглощённый экраном гаджета.
— О-о, чувствую, будет весело! — бодро отозвался шатен, хватая меня за локоть.
Дэсмонд вихрем направился к своей машине, а Диего, словно увлекая добычу, тянул меня следом.
Всё происходящее казалось сюрреалистичным сном. Автомобиль достиг пункта назначения за считаные минуты. Дверь распахнулась, и я вдохнула в лёгкие разреженный, холодный воздух, пропитанный прелым запахом тины. В голове царил полный вакуум, поэтому Диего не встретил никакого сопротивления, ведя меня к роковому месту, подобно безвольной кукле.