«Античавизм» стал коммерческим предприятием для многих ловкачей, стремящихся заработать на ненависти оппозиционных радикалов и фанатиков к президенту. По мнению публициста Эрла Эрреры, они во многом опирались на опыт холодной войны, когда деятельность на почве антикоммунизма позволяла безбедно существовать и регулярно получать международные премии за борьбу с тоталитарными режимами(См.: Earle Herrera. Antichavismo сото negocio // El Mundo. 20.06.2005.). Падение Берлинской стены привело к временному кризису в рядах этих профессиональных критиканов, но с появлением Чавеса они воспрянули духом. На разжигании к нему ненависти, в первую очередь среди своих же, «близких по духу», можно было «наварить» неплохие деньги, главный источник поступления которых оставался прежним — Соединённые Штаты. На эти «капиталовложения», по оценкам Эрреры, возникли десятки неправительственных организаций, в которых иногда состояло всего по одному члену. Впрочем, по рентабельности эти НПО ни в чём не уступают персональной нефтяной скважине. «Античавистский бизнес, — подчеркнул Эррера, — организовывало международное лобби, которое имело свой номенклатурный список писак. Оно устраивало встречи с активистами НПО в Белом доме, добивалось премий в Испании, раздувало слухи, распространяло сплетни в международных организациях, использовало в своих целях политические трупы. Всё это для того, чтобы порождать страх и подпитывать ненависть».
Достаточно пробежаться по интернет-версиям правоконсервативных газет Латинской Америки, чтобы очертить круг лиц, входящих в интернациональную пропагандистскую «бригаду», которой было поручено «разоблачать и клеймить» президента Чавеса.
Самые официозные фигуры этого «агитпропа» — экс-президент Мексики Висенте Фокс и бывший премьер-министр Испании Хосе Мария Аснар, а самые именитые — писатели Марио Варгас Льоса (Перу) и умерший в мае 2012 года Карлос Фуэнтес (Мексика). К ним позднее присоединился экс-президент Перу Алехандро Толедо. Список можно продолжить менее значимыми фигурами бывших президентов, лидеров «неправительственных организаций» и, конечно, журналистов. Эта пропагандистская «бригада» регулярно выражала «беспокойство» по поводу положения в Венесуэле и «диктаторских замашек» её президента.
Создавалось впечатление, что эти агитаторы разъезжают по миру, участвуют в симпозиумах, конференциях, форумах и семинарах только для того, чтобы призвать «мировую общественность» и международные организации положить конец «коммунистическим экспериментам» Чавеса, который «шагал не в ногу» с добропорядочными демократиями типа чилийской, колумбийской и им подобных. Иногда в речах и статьях членов этой бригады, больше похожих на заклинания, прорывалось такое отчаяние за судьбу «несчастного венесуэльского народа», что за ним легко прочитывался призыв к Соединённым Штатам вмешаться и навести порядок! Перуанец Марио Варгас Льоса давно стал фактором политической жизни Венесуэлы. Президент Чавес едва приступил к исполнению своих обязанностей, как предостерегающий голос Льосы обвинил его в демагогии, диктаторских замашках и претензиях на мессианство. Льоса высказывался по каждому проблемному поводу, всегда на стороне оппозиции. Иногда Льоса был не столь категоричен и использовал термин «полудиктатура», а Чавеса называл «подмастерьем диктатора», подразумевая под мастером Фиделя Кастро. Писатель не раз предсказывал скорое свержение венесуэльского лидера и, как видим, ошибался. Ошибки в прогнозах не обескураживали Льосу. Обращаясь к венесуэльцам, он назидательно констатировал: «Теперь вы видите, какую совершили ошибку, возводя Чавеса на трон, ведь избавиться от тоталитарного режима будет очень сложно». С этими тривиальными сентенциями Льоса выступает как председатель Международного фонда за свободу (со штаб-квартирой в Мадриде), но его писательская слава придаёт им особый пропагандистский резонанс.