Свет фар встречной машины на секунду осветил его взволнованное лицо.
— Но все это еще не оправдывает то, что ты стремился затащить меня в постель. А что было бы потом, утром?
— Слушай, я сам ничего не знаю! — Том явно чувствовал себя не в своей тарелке. — Каждый раз, когда вижу тебя, я с трудом сдерживаюсь, чтобы не наброситься как дикий зверь. Сорвать одежду… — Он тяжело вздохнул. — Я не знаю, что со мной происходит. И хватит об этом! Давай помолчим, подобные разговоры не дают мне сосредоточиться и вести машину.
Кора не решилась ему перечить. Она молча смотрела теперь на дорогу, но сердце ее пело и плясало от радости. Улыбаясь, она искоса поглядывала на озабоченного Тома. Луна, выглянувшая из-за туч, словно подмигнула ей, разделяя смешливую веселость девушки.
Сомнений нет, этот человек по-настоящему увлечен ею! Удивительно, как он не слышит сейчас звон колоколов в своей душе? А, может быть, слышит, но не хочет признаться? Ведь всего несколько дней назад он с такой горячностью утверждал, что любви не существует на свете.
И бессмысленно пытаться обманывать саму себя. Она по уши влюблена в Томаса Берроуза. Случилось то, чего она с таким нетерпением ждала все эти годы! Любовь настигла ее так неожиданно, так случайно…
Кора подмигнула своему отражению в окне.
Неожиданно воспоминание о невесте Тома испортило ее настроение. Что ж, такое случается в жизни, никто из них не виноват, что они с Томом не встретились немного раньше. Скорее всего, этой женщине теперь придется уйти, чтобы не мешать их счастью. По-видимому, Том полагает, что ночь, проведенная с ней, поможет ему поскорее отделаться от тревожащего, неприятного состояния. Что ж, настало время доказать ему, что он глубоко заблуждается! После одной ночи ему захочется еще, потом еще… И он уже никогда не сможет остановиться!
С коварной улыбкой Кора продолжала обдумывать свой план обольщения.
Нет, пожалуй, ей не стоит сегодня облачаться в старенькую ночную сорочку. Может, просто попросить его расстегнуть молнию на вечернем платье, и… К тому времени, как он справится с этим заданием, им вряд ли уже понадобится переодеваться на ночь. Она почувствовала, как холодок пробежал по ее спине: одно воспоминание о прикосновении его нежных и сильных рук приводило ее в трепет.
Прижавшись щекой к холодному стеклу, она рассматривала его чеканный профиль. Сейчас ямочка на его подбородке не была видна. Но Кора отчетливо представила себе, как касается ее кончиком языка…
А если после того, как он расстегнет молнию, Том не предпримет никаких попыток к действию, она сама поблагодарит его поцелуем, крепко прижмется к груди и… Кора зажмурилась.
Интересно, как Том отнесся бы к ее признанию, что, прежде чем влюбиться в него самого, сначала она полюбила нежную ямочку на подбородке? Ладно, когда-нибудь она скажет ему об этом.
Машина плавно затормозила у ограды дома. Знакомые очертания дома, освещенного тусклым лунным светом, встретили их в ночной тишине.
— Что случилось?
Том указал в глубь двора, и Кора с удивлением обнаружила припаркованный у входа незнакомый седан. Горькое предчувствие кольнуло ее сердце. И еще до того, как Том успел вставить в замок ключ, дверь распахнулась.
На пороге стояла высокая белокурая женщина.
Даже в темноте Кора сразу узнала ее. Что ж, надо признать, в жизни Николь Берроуз выглядела даже лучше, чем на фотографиях. Томас щелкнул выключателем, и яркий электрический свет залил прихожую.
Белокурые волосы Николь отливали золотом, нежная, почти прозрачная кожа делала ее очень юной. Роскошный белый халат из дорогого материала, небрежно наброшенный на шелковую пижаму, придавал ей артистическую небрежность. Одежда не скрывала идеальных пропорций великолепной фигуры, и Кора невольно позавидовала ее длинным стройным ногам.
Том нежно обнял красавицу…
Отвернувшись, чтобы не видеть этой теплой встречи, Кора не спеша разделась и аккуратно повесила в шкаф свое пальто. Теперь она старалась не смотреть на себя в зеркало. Зачем? Ведь она и так знала, что там увидит — низкорослую брюнетку в роскошном платье. Рядом с Николь ей лучше сразу отойти в тень.