– отсутствие заключения суда о наличии признаков преступления в действиях одного из лиц, указанных в п. 2 и 2.1 ч. 1 ст. 448 УПК, либо отсутствие согласия соответственно Совета Федерации, Государственной Думы, Конституционного Суда, квалификационной коллегии судей на возбуждение уголовного дела или привлечение в качестве обвиняемого одного из лиц, указанных в пп. 1 и 3–5 ч. 1 ст. 448 УПК (п. 6 ч. 1 ст. 24 УПК);
– непричастность подозреваемого или обвиняемого к совершению преступления (п. 1 ч. 1 ст. 27 УПК);
– наличие в отношении подозреваемого или обвиняемого вступившего в законную силу приговора по тому же обвинению либо определения суда или постановления судьи о прекращении уголовного дела по тому же обвинению (п. 4 ч. 1 ст. 27 УПК);
– наличие в отношении подозреваемого или обвиняемого неотмененного постановления органа дознания, следователя о прекращении уголовного дела по тому же обвинению либо об отказе в возбуждении уголовного дела (п. 5 ч. 1 ст. 27 УПК);
– отказ Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации в даче согласия на лишение неприкосновенности Президента Российской Федерации, прекратившего исполнение своих полномочий, и (или) отказ Совета Федерации в лишении неприкосновенности данного лица (п. 6 ч. 1 ст. 27 УПК).
Логично предположить, что все остальные основания прекращения уголовного дела и уголовного преследования законодатель относит к группе нереабилитирующих, а именно:
– истечение срока давности (п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК);
– смерть подозреваемого или обвиняемого, за исключением случаев, когда производство по уголовному делу необходимо для реабилитации умершего (п. 4 ч. 1 ст. 24 УПК);
– вследствие акта об амнистии (п. 3 ч. 1 ст. 27 УПК);
– в связи с примирением сторон (ст. 25 УПК);
– в связи с назначением меры уголовно-правового характера в виде судебного штрафа (ст. 25.1 УПК);
– в связи с деятельным раскаянием (ст. 28 УПК);
– прекращение уголовного преследования в связи с возмещением ущерба (ст. 28.1 УПК);
– в связи с применением к несовершеннолетнему принудительных мер воспитательного воздействия (ст. 427 УПК);
– в связи с совершением запрещенного уголовным законом деяния лицом в состоянии невменяемости или лицом, у которого психическое расстройство наступило после совершения преступления, когда характер совершенного деяния и психическое расстройство лица не связаны с опасностью для него или других лиц либо возможностью причинения им иного существенного вреда (п. 1 ч. 1 ст. 439 УПК).
Тем самым законодатель однозначно обозначил свою позицию по данному вопросу. На наш взгляд, следует согласиться с процессуалистами, утверждающими, что данная классификация наиболее полно раскрывает сущность и содержание института прекращения уголовного дела, а также вытекающие из этого решения правовые последствия.
Рассмотрим более подробно предусмотренные действующим уголовно-процессуальным законодательством основания прекращения уголовного дела.
Отсутствие события преступления (п. 1 ч. 1 ст. 24 УПК), отсутствие в деянии состава преступления (п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК), истечение срока давности уголовного преследования (п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК, ст. 78 УК), смерть подозреваемого или обвиняемого (п. 4 ч. 1 ст. 24 УПК), отсутствие заявления потерпевшего, если уголовное дело может быть возбуждено не иначе как по его заявлению (п. 5 ч. 1 ст. 24 УПК), либо неявка частного обвинителя в судебное заседание без уважительных причин, отсутствие заключения суда о наличии признаков преступления в действиях одного из лиц, указанных в пп. 2 и 2.1 ч. 1 ст. 448 УПК, либо отсутствие согласия соответственно Совета Федерации, Государственной Думы, Конституционного Суда РФ, квалификационной коллегии судей на возбуждение уголовного дела или привлечение в качестве обвиняемого одного из лиц, указанных в пп. 1 и 3–5 ч. 1 ст. 448 УПК (п. 6 ч. 1 ст. 24 УПК), детально рассмотрены в параграфе об основаниях отказа в возбуждении уголовного дела.
Непричастность подозреваемого или обвиняемого к совершению преступления (п. 1 ч. 1 ст. 27 УПК). Следует отметить, что уголовно-процессуальное законодательство, к сожалению, не раскрывает понятия термина «непричастность». Если рассматривать непричастность как неучастие в чем-либо, то возможно предположить, что это не что иное, как более совершенная формулировка ранее действующего основания к прекращению уголовного дела – недоказанность участия обвиняемого в совершении преступления (п. 2 ч. 1 ст. 208 УПК РСФСР). Представляется, что формулировка «непричастность» более четко определяет реабилитационную сущность данного основания прекращения уголовного дела, чем «недоказанность», которая воспринималась обществом в свое время как неполное изобличение преступника, что, конечно же, не соответствовало реабилитационной сущности данного основания.