По дороге, поглядывая на окна унылых зданий, пытался вспомнить всё, что знал о повадках и специфике уховёрток. Мало сталкивался с ними. Но выудил из памяти, что в отличие от земного прообраза, здесь эти твари отличаются централизованной структурой улья, повышенной социальностью и иерархичностью. Что ж, тем более значима моя предстоящая встреча с их главой. Удастся его отвлечь, а там и замочить — остальным без его приказов будет труднее.
Вокруг стояла гнетущая тишина. Посёлок будто вымер: не слышно шума предприятия, горных работ, звуков машин. На улицах — никого. Из некоторых окон выглядывали испуганные люди, разок мелькнуло детское личико. Хороший знак — видно, жителям велено сидеть по домам. Не всех согнали как заложников. Есть шансы, что их не коснётся мясорубка, которая вскоре должна начаться.
Важно вытянуть из переговоров максимум. Естественно, я не рассчитывал, что улей сдастся. Будет бойня. Но можно выиграть время, отвлечь внимание, вывести часть населения из-под удара.
Вскоре мы добрались до огромного ангара. Как только я увидел, куда идём, мгновенно всё понял. Сначала надеялся, что главный окопается в административном здании. Но нет. Судя по всему, он засел там, где сконцентрировали заложников — "живой щит" от Конгрегации.
Так и оказалось. Когда инсектант провёл нас мимо очередной группы вооружённых рабов внутрь строения, я увидел множество сидящих на полу женщин, детей, стариков. Рядом с ними прохаживались взад-вперёд глядящие остекленевшими глазами люди с автоматами. Я узнал модель "Beretta-Pilum-RO200", армейские, новые — в отличие от всякого дерьма у тех, кто был снаружи и на блокпосте. Значит, кто-то помогает этим уродам с поставками оружия. Нетрудно догадаться, по чьему указанию.
Поодаль, в углу, где не было перепуганных заложников, виднелся широкий стол. В креслах за ним небрежно развалились четверо, от которых прямо-таки смердело ментальными следами уховёрток. Импровизированный командный пункт, надо полагать. Меня подвели к нему.
— Остальные пусть подальше ждут, — выплюнул провожатый.
Я кивнул Тирмиду, подав псиэм-команду бойцам распределить цели — взять под наблюдение всех противников в ангаре. Когда начнётся работа, каждый снимет одного подопечного. Даргиус отошёл с неохотой, хотел прикрывать меня. Второй коллега-ликтор, наоборот, отделился от своей четвёрки стрелков и, насколько позволяла ситуация, приблизился ко мне — страховать на случай нападения.
Подойдя к столу, я остался стоять — пятого кресла не было, и никто не предлагал присесть. Быстро замерил радикализацию: у главы улья, сидящего по центру, двадцать один лир, у остальных — по девятнадцать. Все уховёртки. Сильно и опасно! Но, честно говоря, я готовился к худшему. Даже испытал облегчение — это вам не двадцать пять, как-нибудь сдюжим.
Всмотрелся в главного, буравящего меня ответным взглядом. Жёсткие чёрные волосы и узкие глаза выдавали потомка китайских колонистов. Мелкий, узкоплечий, но жилистый. На лице — полная невозмутимость.
Уховёртки не проронили ни звука. Вынуждали меня начать первым. Что ж, приступим.
— Ликтор Диль Варрус. Уполномочен выслушать ваши требования и сделать предложения по урегулированию ситуации, — я, не мигая, смотрел в глаза инсектанта.
— Плевать на имя. Буду звать Пауком, — протараторил глава улья.
— Хорошо, Уховёртка, — ответил я. — Какие условия?
— Никаких. Сказали же сразу — Дирмика наша. Не суйтесь. Зачем припёрся? — всё скороговоркой.
— А что с остальными людьми? Всех в рабов превратите?
— Если уберётесь отсюда, можем отпустить. Кто захочет. Многие предпочтут улей, — инсектант прямо-таки излучал уверенность в том, что несёт. — А вмешаетесь — перебьём всех.
Я обвёл взглядом троих его сородичей по улью. Естественно, слепо согласны с главой. Нужно воздействовать на него. Не отрицать, не принижать, не заводить дело в тупик. Я, конечно, не опытный переговорщик, но эти элементарные вещи знал. Не пытаться переубедить, а найти подходящий путь.
— Ты же умён, Уховёртка, понимаешь, что потом вам всем конец. Я с вами говорю тут только из-за этих людей, которые ещё не под доминацией. И искренне хочу закончить дело миром. Давай начистоту. Если отпустите их — улью конец, ликторы вас прикончат. Убьёте заложников, опять-таки улью крышка. Итог для вас один хрен печальный. Никогда не позволят оставить целый посёлок инсектантам. Заставив раскрыться, вас подставили, слили, ты прекрасно знаешь. На что рассчитываешь?