Я помолчал. Естественно, не позволю втравить себя в открытый бунт против Главы, если суть в этом — пошлю всех на хрен быстро и однозначно. Но получить как можно больше информации необходимо. Ведь я и сам мучаюсь сомнениями относительно плана, вынашиваемого хитрым Вартимусом. Если он и впрямь решил пролезть в верховную власть…
— Тебе нужно отдохнуть, — Аурелия наклонилась к сипло дышащему Тиберию.
Поняв, что встреча вот-вот закончится, я решил затронуть очень интересовавшую тему.
— Sanctum censor, позвольте вопрос? Когда я докладывал вам об участии в одной из операций альсеиды, Вивьен Септимус, вы не упомянули, что она вам знакома. Но потом я выяснил, что они с матерью когда-то были на приёме, и вы даже сделали для этой девушки серьёзное исключение — по сути, позволили обращённой альсеиде находиться вне учёта и контроля Конгрегации. Могу я узнать, почему?
Старик пожевал губами, потом улыбнулся, его глаза посмотрели на меня очень внимательно, а псиэм выдал волны иронии-надежды-таинственности.
— Да, помню девочку. Виву, хе, по маме Септимус, да. Пошёл тогда на нарушение. Но с учётом того, кто она, это было правильно. Интересная дочь сильной матери и выдающегося отца. В ней — один из вариантов нашей эволюции. Моя дорогая Аурелия не даст соврать, она такая же.
Я кивнул вновь слегка улыбнувшейся старушке.
— Здесь, если позволите, какая-то путаница с её матерью. Аурелия тоже сказала, что это альсеида. Но сама Вива говорила — обычная женщина. Как это понимать?
— Наверное так, что девочка не знала, кто её мать, — ошарашил меня Карра. — По крайней мере, на момент того визита ко мне.
— Но как это? — я вернул отвисшую челюсть на место. — Да, она не в курсе, кто её отец. Но как возможно, что и про мать?..
— Очень просто — если растила другая женщина, — подсказала Аурелия.
Я покачал головой.
— Видел её образ, их вместе. Они похожи, родство очевидно.
— И так бывает, — с грустью кивнула старая альсеида.
— Но кто тогда её мать?
— Плохо уже помню, староват стал, — сказал Карра в тот миг, когда Аурелия открыла было рот. — Покопайся при случае в Новоаркадском архиве.
Я понял, что точного ответа не получу. Но решился ещё на один вопрос.
— С этим ясно. А кто отец? Вы сказали, выдающийся человек. Кто он?
Карра вновь испытующе поглядел мне в глаза.
— Сиор, не могу тебе сейчас всего сказать. Это сильно повлияет на твои решения и поступки, возможно, не в правильную сторону. Ты помнишь, я предпочитаю лишь направлять твои мысли, а нужные выводы сделаешь со временем сам. Уверен, скоро всё поймёшь. Но ситуация должна вызреть. Думай, сопоставляй. Все исходные данные у тебя есть. Но я вижу, что эта девушка тебе дорога. Не разрушь то, чего рушить не следует. Кое-что важно сохранить и…
Старик вдруг застонал от боли, по телу прошла быстрая судорога. Аппаратура среагировала мгновенно, что-то включилось, запищало, по одной из трубочек в вену потекла прозрачная жидкость.
— Всё, хватит на сегодня разговоров! — Аурелия решительно встала и сделала пару плавных движений пальцами над инфопанелью — явно хорошо знала, что нужно включить.
— Большое спасибо, — пробормотал я, глядя на Карру, и быстро вышел вслед за Рениусом.
Это был последний разговор о ложе и тайнах "Апокрифа" перед моим срочным вылетом в Вирею.
Теперь, сам лёжа под наблюдением медицинской аппаратуры, я раз за разом прокручивал детали той встречи. Снова два огромных вопросительных знака — Вива и Вартимус. Хотелось как можно скорее разгадать эти загадки.
По прибытии в Вирею я распрощался с замечательными девушками из медавтобуса и отправился в удобные служебные апартаменты, которые мне выделили на время пребывания в провинции. Проспав всю ночь как убитый, почувствовал себя гораздо лучше. Спина и то, что пониже, залепленные отличным заживляющим гелем, почти не беспокоили, если не делал резких движений. Наутро приковылял к назначенному часу к Сциллису, чтобы впервые присутствовать на совете начальников отделов Конгрегации.
Поприветствовав мрачного Нунцио, расположился за столом чуть поодаль от него. Ровно в объявленное время псиэм-проектор развернул вокруг нас панорамными "окнами" виды кабинетов Главы в Иггарде и начальников всех территориальных отделов. С Вартимусом присутствовали начальники Департамента особо важных процессов, Департамента тактики и задумчивая Массима Пирис — профессор псиэм-энтомологии, руководитель Научной службы Конгрегации.