После этого выразительно указал глазами сначала на собственную татуировку, затем на Аурелию. Старая альсеида, в свою очередь, посмотрела на Тэнио и улыбнулась:
— Я предупреждала, он умён.
Это прозвучало с оттенком гордости, которую могла испытывать бабушка за толкового внука. Мне стало приятно и смешно одновременно.
Бородач кивнул и поглядел на меня с довольной усмешкой:
— Ты уловил суть. Наш покойный патрон — Его Превосходительство Фабио Меццо, публично рассуждая о "Пути чистоты", открыто обращался к той части общества, которая представлена обычными людьми. Это резонно — таковых подавляющее большинство, и они определяют основную повестку. Но здесь, с нами, он говорил, что в перспективе человечество нашей планеты не может остаться таким же, как на Земле. Очень уж велико влияние псиэма, слишком сильны и необычны наши враги, слишком соблазнительны новые возможности, которые даёт эволюция. Чистые альсеиды, — кивок в сторону Аурелии, — то есть женщины, обладающие огромной силой без всякой радикализации. Ликторы, избавившиеся от контроля нейровэба, но не утратившие личной силы, — жест руки с сигарой в сторону Арка. — Это тоже часть названного пути. И их потомство, представляющее собой уже нечто совсем удивительное.
Я невольно вновь подумал о Дэрии. Вспомнил её глаза, внутреннее сияние, которому пока не мог найти названия. Вот оно что! Действительно, следующие поколения подобных людей смогут нас удивить.
— Итак, "Путь чистоты" — это новая эволюция людей, свободных от влияния хайвнетов и нейровэбов, но вобравших природные свойства, которые дарует эта планета, — подал голос Арк Таль Рениус. — Она будет стремительной и управляемой нашей наукой. Но только в случае, если сумеем защититься от коллективных разумов эндемиков, которые хотят нас поработить и использовать.
— Тогда следующий и самый логичный вопрос, — я выпрямился, фиксируя внимание на главном, что не давало покоя. — К чему вся эта игра в тайны, эта ложа? Почему не распространить знание как можно шире, не заручиться поддержкой всего общества, чтобы выйти из-под контроля эндемиков? Да, знаю, "Апокриф" был отвергнут. Но это ведь только в рамках ведомственных обсуждений. А если открыть правду всем? Имея медийные возможности и дипломатические каналы целого Триумвира, пока он был жив, почему этого не сделали?
Наступила пауза. Члены ложи переглядывались, некоторые многозначительно качали головами или обменивались репликами из серии "я же говорил" и "мы это столько раз обсуждали". Стало ясно, что на эту тему велись когда-то неоднократные дискуссии. Наконец, Тэнио, выдохнув густой сигарный дым, сказал:
— Ответ прост: огромный риск. Если бы правду о хайвнетах и нейровэбах удалось открыть предкам двести лет назад, можно было бы сразу противостоять им силой. Но всё выяснилось относительно недавно, — снова кивок на Рениусов, — и к тому времени уже значительная часть общества, включая высокопоставленных лиц и представителей силовых структур, оказалась под плотным контролем коллективных разумов. В числе подконтрольных и вы, ликторы в симбиозе с пауками. Начни мы сейчас открытую борьбу, рассказав обо всём людям, противостоять нам будут тысячи опытных воинов. И люди, имеющие доступ ко всем средствам массового поражения.
Бородач вновь затянулся и продолжил:
— Как апофеоз просчитанных сценариев — ядерная война. В ней легче поразить нас, проживающих в крупных городах, чем коллективные разумы, рассредоточенные по природным просторам. Они скорее уничтожат большинство из нас и подчинят выживших, чем дадут в открытом противостоянии разрушить все их планы. Как видишь, этот сценарий не в нашу пользу. Потому — ложа, конспирация и осторожное продвижение вперёд. Общество уже слишком сильно увязло в этой метафорической многослойной паутине. Понимаешь?
Я кивнул. Было очевидно, что резкие силовые варианты решения застарелой проблемы не подходят — слишком большую кровавую цену пришлось бы заплатить, если начать резать по живому.
— И что тогда делать?
— Постепенно ослаблять влияние коллективных разумов, расширять собственный защитный круг, опираясь на здоровые силы социума. И в перспективе не уничтожить хайвнеты и нейровэбы — это, пожалуй, невозможно, а установить с ними принципы невмешательства. Говоря о стратегии. Конкретные тактические шаги обсудим с твоим участием позже, если полноценно включишься в нашу деятельность.
— Но это может занять годы.
— Если не десятилетия, — кивнул Тэнио. — А ты думал, здесь кружок по интересам? Здесь линия фронта в долгой позиционной войне, о которой никто не подозревает.