— Но теперь ты на всю жизнь запомнишь её имя. Паула Ноктус. Невинная жертва твоего отца.
Меня окатила холодная волна. Пришла невероятная догадка.
— Позволь, наконец, представиться настоящим именем. Теод Диль Варрус. Здравствуй, брат.
Давление на лоб прекратилось, пистолет исчез. Теод выпрямился, спрятал его под куртку и сказал:
— А теперь ты можешь прикончить меня. С восьмой, а то и девятой ступенью мне не справиться. Убьёшь?
Я лежал, не в силах пошевелиться. Мозг одну за другой выдавал зацепки-подсказки.
Слова Карры о пребывании Публия в Нова Аркадии: "Отец твой, знаешь ли, пользовался успехом, местные синьорины столичному красавцу проходу не давали. Особенно с одной у него серьёзно тут вспыхнуло. Так что не удивлюсь, если где-то брат или сестра у тебя есть".
В который раз убедился, что ко всему, что он говорил, следовало отнестись очень серьёзно. Последовательность слов. Тогда я подозревал, что моей сестрой может быть Вива, только об этом и думал. Но старик сказал именно "брат или сестра".
Теод — ровесник Вивы.
Вспомнилась и неожиданная реплика проницательной от природы Дэрии, когда показал ей образ Ноктуса: "Вы с этим ликтором чем-то похожи". Значит, так и есть. Я этого не замечал. Возможно, подсознательно гнал прочь даже зачатки таких мыслей.
Я посмотрел на Теода, в лице которого, как назло, стал угадывать знакомые черты, и хрипло ответил:
— Ни за что и никогда. Я не братоубийца.
Он долго смотрел мне в глаза, потом протянул руку. Я принял, встал с его помощью. Теод подобрал трость, вернул мне.
— Но обязательный ДНК-тест при поступлении в Академию? — пробормотал я.
— Образец подменили. Кровь родственника по линии матери. В базе данных я чистый Ноктус. С влиянием и деньгами Луциллиев это несложно. Меня внедряли очень грамотно. Им я наплёл сказку про отца-преступника, и его помогли стереть из моей биографии.
— Ты что, всё продумал ещё тогда?
— Не всё. Но знал, что умнее вас всех, и найду свой путь. Если отец показал нехороший пример, как использовать добрых и чистых женщин, то я решил использовать злых и грязных. Знаешь, в чём самая главная, тщательно скрываемая тайна Бьянки? У неё сын в психушке. Попал когда-то под доминацию ушлой альсеиды, стал рабом. Шансов вернуть ему разум нет, как ты понимаешь. Вот потому она и мстит им всем — альсеидам, инсектантам. Она идеальна для нейровэбов. Поделились с ней такими знаниями, о которых ты пока и не подозреваешь. Например, этой маленькой хитростью, — он кивнул на моё предплечье.
Я подумал о том, как Теод мгновенно усыпил Араха неким быстрым выплеском. Это было атакующее воздействие, чистое и неотвратимое, куда эффективнее того кустарного способа, что изобрели Рениусы. Неудивительно, раз это пришло от самих арахнов.
— Запомни, Сиор, теперь я в наиболее сильной позиции. Бьянка будет рулить всем, а я — немного подсказывать ей в приватной обстановке.
— Фаворит у трона императрицы, как в древних земных книгах, — хмыкнул я. — А с чего ты взял, что завтра не подберёт нового, вышвырнув старого за ненадобностью?
Он пожал плечами.
— Такое возможно. Но в меня вложена куча сил и средств, многое нас связывает. Ведь это я преподнёс ей Вартимуса на блюдечке. Дал главный рычаг для управления им. Ты ещё не всё знаешь. Думаю, Вивьен сама расскажет. А главное — вышло так, что я очень напоминаю Бьянке сына. Не зря о нём упомянул.
Мне стало тошно от последнего довода. Но никто не обещал, что в этой истории всё чисто и радужно.
— Зачем рассказываешь? Ведь я могу…
— Что, сдать меня? — Теод усмехнулся. — Кому? Высшая власть здесь, в этом здании. Хотел бы мне зла — убил бы, сейчас я безоружен перед твоей грозной силой. Я слабее. Но умнее. Поэтому уверен, что ничего мне не сделаешь. Я твой брат. Готов в любой момент сдать тест, если не веришь. Родная кровь. Вскоре ты прочувствуешь, что это такое. В полной мере.
Мы помолчали, глядя друг на друга.
— Соглашайся на условия Бьянки, Сиор. Она не подозревает, кто я. Братья Диль Варрусы во главе Конгрегации и с моим влиянием на Доминуса. Всё будет так, как нужно нам.
Я ничего не ответил, чувствуя, как медленно пробуждается Арах.
Далеко внизу горел в сумраке жёлто-красными огнями ленивый поток лавы в трещинном вулкане Vesu. Раз в несколько лет наблюдалась активность. Сильных извержений давным-давно не было. Изрезавшая землю сеть разломов с наплывами застывшей пирокластической породы манила туристов. Гора была оборудована защитными стенками и смотровыми площадками, на одной из которых я и стоял, задумчиво глядя вдаль.