В серых проницательных глазах Марио отразилось глубокое понимание, он сдержанно кивнул и поджал губы.
— До меня дошла часть инфы о том вашем с Главой подвиге. И даже ожидал чего-то подобного. Где, как не в Нова Аркадии, окопаться чему-то столь хреновому? Мы — историческая родина всего самого необычного и мерзкого.
— Ну, не только, — усмехнулся я, кивнув на краешек его красной татуировки, видневшейся параллельно сонной артерии над воротом лорики, — огромному пауку-симбионту верховного ликтора было скучно всё время прятаться под одеждой, он демонстрировал себя окружающим. — Ведь именно в Нова Аркадии двести лет назад первые ликторы нашли путь к симбиозу с паукообразными. А мы, вроде, не такое уж мерзкое отродье.
— Как посмотреть, — вернул мне кривую усмешку старший коллега. — Но ты прав. И кстати, раз речь зашла, наши с тобой семьи — Арегонус и Диль Варрус — одни из первых династий ликторов, наши предки были в числе основателей Конгрегации. Как ни крути, мы несём огромную ответственность за её судьбу и в эти дни. Кровь обязывает. Если нарисовалось что-то масштабное и угрожающее, должны сделать всё, чтобы это раздавить. Поэтому давай-ка и впредь действовать сообща, координировать усилия.
Я молча пожал протянутую руку.
А сам одновременно подумал о тех особых указаниях, которые дал лично мне Кастор Вартимус.
Глава 3.2
В левом крыле комплекса белоснежных зданий Новоаркадского отдела Конгрегации располагался служебный псиэм-лекториум, в который я полюбил захаживать. Как всегда, когда надо было углубиться в серьёзные мысли, ноги несли меня в место, наиболее способствующее размышлениям. В тихом зале лекториума можно было вольготно развалиться в индивидуальной кабинке на удобном раздвижном кресле и неслышно для других получить требуемую псиэм-информацию с сопутствующим визуалом.
Заняв привычное место и выбирая псиэм-материал, который включу фоном для собственных мыслей, я вновь вспомнил обстоятельства назначения в Нова Аркадию — шикарный город у тёплого моря, административный центр одноимённой провинции.
Три месяца назад, прилетев в столицу из опостылевшей Фармины, где прозябал на хреново мне подходящей позиции ликтора-наставника, я явился пред грозны очи Главы Конгрегации очищения Кастора, мать его, Вартимуса. Входя в кабинет на двадцать четвёртом этаже особняка Конгрегации на площади Трансгуманизма в Иггарде под настороженным взглядом ликтора-секретаря Ариты, я не имел ни малейшего представления, что меня ждёт. По итогам разгрома инкубатора в Фармине Главе поступили две характеристики. Старый квестор Арк Таль Рениус по итогам весьма пристрастного расследования объявлял меня конченым мудаком. Начальник же Фарминского отдела, чью задницу я вытащил из-под смертельного удара альсеиды, расхваливал мою служебную эффективность. Веса и авторитета в конторе у них обоих было примерно поровну, так что Вартимус вынужден был реагировать и взвешивать всё лично.
Как всегда, в его кабинете я ощутил невероятную концентрацию псиэм-воздействия, исходящего от символов на стенах и потолке, но больше всего — от самой массивной фигуры в кресле. Почти не мигающие глаза Вартимуса смотрели на меня со странным выражением, в котором было поровну одобрения и осуждения. Это сбивало с толку и не давало возможности с ходу выстроить какую-то линию защиты. Да и надо ли защищаться?
— Sanctum superior! — первым поприветствовал я согласно субординации.
— Сядь, — коротко ответил Вартимус, псиэм-сигнал которого тут же активировал вокруг свечение символов по грифу "Secretum mortis".
Помолчав некоторое время, он выдал:
— Ну, что же ты за наставник такой — двоих ликторов потерял?
Подготовившись к встрече как следует, я привёл собственный псиэм к полному спокойствию. Знал, что Глава будет пристально следить за эмоциями, раскачивать их, проверяя, насколько я сохранил эффективность.
— Виноват, не доработал, Sanctum superior, — я смотрел прямо ему в глаза. — Надо было быть настойчивее.
— Ладно-ладно, — кивнул Вартимус. — Знаю, что имеешь в виду. Ты не виноват в их смерти. Считаешь, что виноват Рениус, и что должен был предпринять больше усилий, доказывая его неправоту.
— Есть такие мысли, — подтвердил я. — Впредь я буду…