Так уж сложилось, что где бы я ни служил, помимо основных обязанностей в свободное время выходил на одиночную охоту. С этой своей азартной страстью ничего не мог поделать, инстинкт потомственного ликтора был в крови. Но здесь, в Нова Аркадии, я вёл поиски только одной альсеиды. Моей! Той, к кому испытывал весьма интересные чувства, и которая, нежданно приехав ко мне в Фармину, ошарашила подозрением, что её отцом мог быть Публий Диль Варрус. С нашими чувствами и подозрениями о возможном родстве нужно было разбираться. И потому я искал свою Виву.
Конечно, если по ходу дела натыкался на кого-то из "клиентов", отрабатывал по полной. Но казни не были в приоритете. Я нырял в глубокое псиэм-море курортного города и плавал как хищная рыба, сужая круги, чтобы ухватить желанную добычу — малозаметный псиэм-след моей альсеиды, который она умела хорошо скрывать.
На это ушло немало времени. В Нова Аркадию я прибыл в середине квартуса — аналога земного апреля. На всех освоенных людьми планетах по традиции и для удобства сообщения с метрополией старались придерживаться условной системы двенадцати месяцев, естественно, с поправками на реальную продолжительность года. Период обращения Нова Ромы вокруг Децимы был несколько дольше земного года, и потому из положения вышли, "расширив" себе лето. За порядковым квинтусом, пятым месяцем, следовали три длинных месяца, получившие имена арахнус и инсектус — в честь доминирующей местной живности, а также венчающий лето триумвиус — в честь системы тройной звезды, в которой состояла Децима со своими более далёкими от нас сёстрами — Ноной и Мортой. Ну а затем уж, как и на Земле, не соответствуя своим порядковым номерам, шли септембус, октавус, новембус и децимус.
Сейчас, в середине инсектуса, курорт был заполнен толпами отдыхающих. Псиэм-море бурлило яркими эмоциями съехавшихся к морю обычному жителей столицы и всех провинций Romanus orbis. Тем труднее было в нём отыскать единственный нужный след. Но мои терпение и концентрация вместе с желанием устроить Виве такой же сюрприз, какой она преподнесла мне в Фармине, нагрянув совершенно неожиданно, дали результат.
— Поймаю. И не отпущу, — пробормотал я, повторяя то, что когда-то сказал Вартимусу, поставившему задачу в первый раз отыскать эту странную альсеиду. — Где-то там, Арах.
Паук лениво пошевелил конечностями, что выглядело как плавное колебание линий чёрно-зелёной татуировки на руке. Его псиэм тут же обострил моё восприятие, и я потянулся к одному из кафе с фиолетовыми столиками. Вивьен явно выбрала его неслучайно, предпочитая этот цвет, свойственный её псиэм-образу.
Она была не одна. Чувствовался чей-то неровно пульсирующий, будто нервный и неуверенный псиэм. Я подобрался ближе, не выходя из тени пальм и тщательно маскируя собственный след.
Мужчина с прилизанными волосами и короткой бородкой что-то увлечённо рассказывал сидящей напротив Вивьен, явно стараясь произвести впечатление. Девушка слушала и вежливо кивала, но в её позе и псиэм-волнах читалась отстранённость. Я мысленно хмыкнул: вряд ли парню что-то светило.
Решил не вклиниваться, понаблюдать. Встреча закончилась через несколько минут — явно раньше, чем хотелось бы бородатому. Вива улыбнулась ему улыбкой, которой на сто процентов подходило название "дежурная", парень встал и, пробормотав что-то ещё напоследок, свалил к морю. Девушка не проводила его взглядом, явно углубившись в собственные мысли. В стоящем перед ней бокале с ярким освежающим коктейлем медленно таял лёд.
Мои шаги были лёгкими и неслышными, псиэм — спокойным и невесомым. Удалось подойти почти вплотную, когда девушка вдруг вздрогнула всем телом и резко обернулась, моментально поймав мои глаза в фокус своего взгляда. Обалдевшего, обрадованного! Её щёки раскраснелись, псиэм-выплеск донёс гамму красок и целый спектр эмоций. Губы еле слышно прошептали моё имя.
Как всегда в её присутствии, меня захлестнуло с головой ощущение чего-то очень близкого. Подошёл и встал рядом, глядя сверху вниз.
— Отшила ухажёра? — я усмехнулся.
— Вежливо распрощалась с информатором, — в тон мне ответила Вива. — А что, ревнуешь?
— Мне нельзя, — с нарочито серьёзным видом я покачал головой. — Опасно. Если начну к кому-то ревновать, его же Арах сразу прикончит.