А еще надеемся, что остальные два желания будут сносными.
Кстати, сносными!
Нужно кое-что еще обсудить.
— Денис, в контракте нужны правки, — наконец сказала я, чуть приподняв подбородок.
Он замер на мгновение, затем кивнул, доставая из ящика новый экземпляр.
— Хорошо. Давай обсудим, — его голос стал чуть более серьезным, но всё равно сохранял нотки уверенности, будто я уже согласилась.
— Ну, во-первых, я заметила, что в документе не предусмотрены выходные дни. Они намеренно не указаны?
— Выходные? — в его голосе мелькнула нотка неподдельного удивления.
— Да. Мне нужны выходные. Два дня в неделю. Я не готова видеться с тобой каждый день весь месяц, — заявила я, стараясь звучать твердо и уверенно.
Он наклонился чуть вперед, внимательно глядя на меня, как будто анализировал каждое слово.
— От мужа ты тоже отдыхала? — с прищуром спросил он.
Я сглотнула, ощутив, как эта фраза задела что-то глубоко внутри.
— Нет.
— Вот и от меня не будешь, — бросил он, откинувшись на спинку кресла. Его голос прозвучал спокойно, но в интонациях чувствовался ледяной вызов. — Да, кстати, в контракте действительно нужно кое-что дописать: у тебя не будет секса ни с кем, кроме меня.
Я чуть не выронила ручку.
— Что?
— Здесь уже на твое усмотрение, — добавил он, словно это была какая-то мелочь. — Принуждать тебя никто не собирается. Но этот пункт я исправлю. И чуть позже приму меры безопасности, чтобы быть полностью в тебе уверенным.
— Какие меры безопасности? — фыркнула я, чувствуя, как внутри нарастает раздражение.
— Пока это сюрприз, — произнес он с легкой улыбкой.
Его спокойствие выводило меня из себя.
— Хорошо. Вноси, — ответила я, пожав плечами.
Чего уж там, хуже всё равно уже не будет.
Он внимательно посмотрел на меня, явно оценивая мою реакцию.
— Ты понимаешь, что это значит? Месяц без секса.
Тоже мне, напугал.
Теперь мне секса не предвидится ближайший год, а то и два.
— Понимаю. Секс — не главное в жизни, — я снова пожала плечами, стараясь выглядеть равнодушной.
— Да? А что главное? — его бровь чуть приподнялась. — Богатый внутренний мир? Пирожки?
— А что не так с пирожками? — парировала я, чувствуя, как внутри закипала злость.
— Когда от женщины пахнет пирожками, это не секс, — бросил он, насмешливо скривив губы.
— Тогда я буду всё время пахнуть пирожками, — съязвила я, пытаясь не выдать дрожь в голосе.
Его взгляд стал более острым, почти хищным.
— Теперь я понимаю, почему твой муж пошел налево, — сказал он тихо, но каждое слово било как молот. — С таким подходом ты будешь постоянно выходить замуж и разводиться из-за измены. Ты будешь получать этими граблями в лоб столько раз, пока до тебя не дойдет очевидное.
Его слова резанули как нож.
Я замерла, сжимая ручку так, что пальцы побелели.
— Очевидное? — переспросила я, чувствуя, как внутри поднимается буря.
Его слова обожгли, оставив неприятное жжение где-то в области груди. Гнев и обида боролись с желанием остаться спокойной, не поддаваться на его провокации.
— Очевидное для всех мужчин, но не для тебя, — бросил он, облокотившись на стол, его тон был холодным, словно он преподносил мне очередной урок.
Его взгляд, уверенный и насмешливый, словно призывал меня ответить, защищаться, но я почувствовала, как будто у меня выдернули почву из-под ног.
В то, что он может быть прав, верить не хотелось.
Внутри уже разгорелась настоящая буря. Его уверенность, его острые, словно клинки, слова заставляли меня засомневаться в себе.
А вдруг он прав? Вдруг я действительно в будущем столкнусь с новой изменой из-за того, что не усвоила урок с Максом?
Я отвела взгляд, чувствуя, как сердце заколотилось быстрее, а ладони неприятно вспотели. Слова застряли в горле, оставляя вместо себя ощущение беспомощности.
Внезапно захотелось взять паузу.
Хотелось попытаться выиграть время, дать себе возможность перевести дух.
Хватит на сегодня обсуждений.
— Любопытный у тебя контракт, — выдавила я наконец, едва удерживая голос от дрожи. — Мне нужно всё обдумать... переспать с этой мыслью.
Денис откинулся назад, его лицо озарила улыбка — хищная, довольная.
— Мне нравится, как это звучит, — проговорил он низким, обволакивающим голосом. — Вот со мной и переспишь, а не с мыслью.
Его фраза ударила, как гром среди ясного неба. Мое лицо мгновенно запылало до кончиков ушей, а внутри вспыхнул стыд, перемешанный с негодованием.