И выглядел дорого в своем черном костюме.
С настолько богатыми и ощутимо властными людьми я никогда раньше не общалась.
И правильно делала.
Его энергетика подавляла и заставляла чувствовать себя никчемной букашкой, которую можно раздавить и не заметить.
В кабинете повисла гнетущая тишина, лишь треск поленьев на экране слегка ее разрушали.
Я нервно сглотнула и облизнула пересохшие от волнения губы.
— Сколько я вам должна? — хотела спросить твердо, но голос предательски дрогнул.
Под пристальным взглядом брюнета меня изнутри трясло, и я ничего не могла с этим поделать.
Никак не выходило силой мысли унять дрожь во всем теле.
Я опустила глаза на свои руки, плевать, что сейчас я выглядела как нашкодившая двоечница в кабинете директора. Его тяжелый взгляд сложно выдержать, учитывая, что я действительно виновата и признаю свою вину.
— Скоро узнаем сколько. С минуты на минуту должны принести отчет, — ответил он, встал с трона и отошел в сторону.
Послышалось бульканье воды, а через минуту передо мной возник стеклянный стакан с водой.
— Спасибо, — поблагодарила я и забрала стакан из его рук.
В момент, когда наши пальцы соприкоснулись, меня словно током ударило.
В дверь резко постучали, и я дернулась от неожиданности.
В кабинет вошла Ольга с моим пакетом в одной руке и белым листом бумаги в другой.
Алмазов отошел от меня, поблагодарил за оперативность и забрал документ.
— Этот пакет принадлежит девушке, мы по камерам посмотрели, — извиняющимся голосом сказала она.
По камерам?
Чёрт, я даже не подумала, что здесь могут быть камеры!
Алмазов забрал мой пакет и вернулся на свое место, а девушка стремительно покинула его владения.
Я проводила ее завистливым взглядом, потом сделала несколько жадных глотков воды, поставила стакан на его стол и тихо ждала приговора.
Вот и всё, учитывая, что этот человек владелец дорогого отеля, а тут априори нет дешевых вещей, это означало одно…
Огребут не охранники, а я.
По самые не балуйся.
Глава 5
Алмазов хмурым взглядом изучал отчет.
Молча.
Честно признаться, меня напрягала часто создаваемая им гнетущая тишина.
Лучше бы орал и топал ногами.
А так, я даже не знаю что и думать.
От страха сердце грохотало так, что мне казалось его стук слышит этот странный мужчина.
— Как тебя зовут? — с нотками пренебрежения вдруг спросил он, отложил лист в сторону и, откинувшись в кресле, посмотрел на меня.
Взгляд холодный, не предвещающий мне ничего хорошего.
Я поежилась.
— Катерина Александровна, — прочистив горло, ответила я.
Он хмыкнул, и его губы дрогнули в едва заметной недоброй улыбке, а в темных глазах вспыхнул интерес.
— Катерина или Екатерина? — склонив голову на бок, уточнил он.
— По документам Екатерина, а мне больше нравится обращение Катерина, — пытаясь сохранять спокойный тон, пояснила я.
— Понятно. Меня зовут Денис.
— Викторович, — добавила я, и он удивленно вскинул брови. — Я слышала, как к вам Ольга обратилась, Денис Викторович, — объяснила я, а то мало ли, что он может подумать.
Он и так после случившегося, наверное, думает, что я неадекватная.
— Чем ты занимаешься, Катерина? — он продолжил допрос.
Намеренно проигнорировал мое отчество?
Я же представилась!
И быстрый переход на ты меня сильно смущал. Мы не друзья и не родственники, в конце концов.
Но я не в том положении, чтобы прямо сейчас его поправлять.
— Я репетитор.
— Училка значит, — хмыкнул он.
Да что он о себе возомнил?!
Насмехаться надо мной вздумал?
— Нет, — я отрицательно качнула головой и бросила на него острый взгляд. — Я репетитор, Денис Викторович.
— А есть разница? — казалось, его начала забавлять наша беседа.
Лично я ничего забавного в ней не видела.
Мне хотелось перейти к сути беседы, а не вот это всё.
— Есть. Я предпочитаю работать с детьми индивидуально, — и в этот раз мой голос прозвучал твердо, чему я была несказанно рада.
— Хм, значит ты не любишь групповые… — намеренная пауза и внимательный взгляд глаза в глаза, он прищурился и добавил: — занятия.
Прозвучало пошло.
И совсем неуместно.
На моем лице застыла маска безразличия. Я изо всех сил пыталась контролировать свою мимику и ровно дышать, чтобы никак не показать, что мне противен этот разговор.
Меня всегда бесили пошлые шуточки недалеких питекантропов.