Ромильда не заставила себя долго ждать. Народ, вернее то, что осталось от свободного племени хаттов, требовали, чтобы жрица объяснила им, за что разгневались боги и наслали на них грозных волков, которые сметали все на своем пути, уничтожая каждого. Хатты толпились возле дома жрицы, который уцелел при пожаре, как один из немногих. Люди видели в этом божественную силу: волки не смогли тронуть обитель духов, Фрия не позволила им сделать этого. Ромильда заперлась в своем жилище и несколько дней не выходила оттуда. Наконец, она соизволила выйти к своему народу. В сопровождении помощниц заняла свое обычное место на собрании племени.
- Ромильда, твоими устами говорит сама Фрия! Поведай нам волю богов! - кричали хатты. Жрица сохраняла свое обычное спокойное и бесстрастное выражение лица. ее волосы прядями падали на плечи, а голову, как обычно, украшала диадема. Белые одежды украшали пояс, расшитый по старинному обычаю. Жрица медленно встала. ее плащ на белом меху упал.. Она закрыла глаза и воздела руки к небу, потрясая символическим жезлом. Остальные жрицы стояли, смиренно опустив головы и скрестив руки на груди. Лица их были на половину закрыты капюшонами. Ромильда стояла в таком положении некоторое время, замерев на месте. Люди притихли. Тишина казалась зловещей.
- Сейчас великая жрица скажет нам волю богов, - шептались хатты.
Среди них была и Филлида. По одну сторону от нее стоял Сигурт, а по другую Хельгруна. Филлида знала, что сейчас жрица вынесет ей приговор, но она не пыталась уйти от судьбы. Исчезни она сейчас, хатты никогда не поверят в ее невиновность. Час настал, Ромильда все предусмотрела. Погода в тот день стояла ужасная: солнце закрыли тучи, да еще, как назло, поднялся сильный ветер, словно природа протестовала против пролития невинной крови хаттов, против осквернения их святынь. Волосы жрицы развевались на ветру. Сейчас она напоминала одну из праматерей, вставшую из гроба, чтобы прийти сюда.
Ромильда словно отключилась от сует этого мира, она была сейчас где-то в ином мире, где обитают духи, нашептывающие ей вещие слова. Жрица словно перевоплощалась, она находилась далеко отсюда, где нет печали и слез. Но вот, наконец, Ромильда снова спустилась на землю из заоблачной выси, в которой еще недавно парила ее душа.
- Духи рощ говорят мне, чтобы я разложила руны, - сказала жрица, смотря куда-то вдаль.
Руны были знаками, сделанными из костей животных. Их раскладывали для того, чтобы узнать судьбу. Рунический знак что-то да обозначал. Жрица взяла мешочек с рунами и, перемешав их, стала раскладывать. Хатты затаили дыхание, а жрицы шептали слова молитвы. Наконец все руны были выложены и Ромильда подняла свой горящий взор к народу.
- Ну, что? Что видишь, священная жрица? - кричали хатты.