- Я прикрыла его, он лежал у берега реки. Я облетела всю страну; я пересекла древний океан; я нашла его у самой реки. Наши крылья над тобой...
Говоря "наши крылья" Исида конечно же имела ввиду себя и свою сестру Нефтиду, жену Сета. Они овевали Осириса своими крыльями. За героями мифа шли жрицы и жрецы, которые пели священные гимны в честь богов. За ними шли плакальщицы, которые рвали на себе волосы и посыпали голову пеплом, когда Сет убил Осириса.
- О, Осирис, муж мой, зачем ты покинул нас, отойдя в мир иной? - причитала Исида. - Ты был справедливым и мудрым царем, кто теперь вернет тебя к жизни?
Хор жрецов настраивался на более горестный лад:
- Ты вернулся в мир, почитаемый богами, повелитель обоих миров! Ты, вечный царь, встань же, лучезарный! Ты справедливый и великодушный бог, наделенный мудростью, ты коварно убит твоим братом!
Пока Исида лила слезы над телом Осириса, появился жрец, на котором была одета маска сокола. Он изображал бога Гора, сына Исиды и Осириса, пришедший отомстить за отца. Гор избивает Сета, прогоняя его прочь. Осирис воскресает, вызывая у его приверженцев бурю восторга. Жрецы поют гимн воскресшему богу:
- Сердце его любит, благодаря божественной воде, прекрасное растение иуа, оживая, зеленеет, и, когда оно зеленеет, покрывается зеленью земля, и тогда обновленный Осирис пробуждается к новой жизни.
Низшие жрецы забили в тамбуры - что означало радость, вызванную воскрешением Осириса. Жрицы плясали ритуальный танец, обрызгивая улицу благовониями. Процессия двинулась дальше, увлекая за собой толпу приверженцев. Некоторые жрицы вернулись в храм, в их числе была и Филлида. После всех этих ритуальных обрядов у нее голова шла кругом. Вечерняя прохлада освежила Филлиду, она вышла во дворик храма. На чистом небе показались чистые звезды. Там, выступая на улицах Рима, она будто вновь обрела свободу, но вернувшись сюда, поняла всю безысходность положения. Никогда ей не выбраться из этих оков, она словно беглая рабыня, вынуждена будет всю жизнь скрываться от императора. Домициан был причиной всех ее бед, да, именно он, повелитель Рима, кровожадный тиран, обрекавший людей на муки. Он подвергал невинных пыткам палачей, награждая доносчиков и соглядатаев. Она никогда не сможет вернуться в Рим, как свободная женщина. Это тяготило Филлиду, она все время вспоминала годы, проведенные в Риме, это были прекрасные минуты ее жизни. Задумавшись, Филлида мало обращала внимание на происходящее. ее внимание привлекла жрица, которая шла к храму. Без сомнения, это была Алкиноя. Филлида заметила так же жреца в белом одеянии, который прятался за углом. Когда Алкиноя проходила мимо него, жрец бросил ей нож в спину. Филлида закричала от ужаса и кинулась прочь. Жрец заметил ее и побежал следом. Не трудно было догадаться, кто подослал этого жреца: это была Кальвия. Между тем, Филлида была уже в храме. Она миновала его первую часть, спасаясь от убийцы и достигла колонны. В этот момент послышался скрип тяжелых ворот храма. В храм ворвались какие-то люди. Началось замешательство. Жрицы разбегались в разные стороны, призывая на помощь всесильную Исиду. Ворвавшиеся крушили все вокруг: дорогие чаши, статуи и все самое ценное в храме. Наверное при извержении Везувия было меньше шума. А огромная статуя Исиды молча взирала на суетящихся людей, не скрывая своей холодной улыбки. Да какое ей было дело до всего этого? Пусть себе суетятся, ведь в конце концов все они отойдут в мир иной, называемый вечностью... Ей было все равно, не смотря на горячие молитвы жриц, слепо верившие и поклоняющиеся ей. Жрец, не смотря на общую суматоху, любой ценой решил прикончить свою жертву, которой была Филлида. Как назло, она споткнулась об одну из разбившихся статуй, часть которой, сделанная из белого мрамора, валялась прямо посреди храма. Жрец наконец-то настиг Филлиду. Он крепко схватил ее за запястье, доставая из складок своего одеяния нож, чтобы перерезать ей горло. Но в этот момент выбежал Сигурт, он набросился на жреца. Жрец пытался вырваться, но сильные руки хатта крепко держали его за шею, пока не хрустнули шейные позвонки. Убийца судорожно задергался в предсмертных конвульсиях, а хатт схватил перепуганную Филлиду на руки, чтобы вынести из этого ада.
- Я одним разом прикончил этого бритоголового нидинга! - воскликнул он.
А между тем, разлилось масло из светильников и вторая часть храма начала гореть. Крики и вопли жриц раздавались со всех сторон. На помощь им прибежали жрецы, сцепившиеся с вторгшимися в их обитель богов. Эта масса людей перемешалась. Виднелись белые одежды жрецов и красные - святотатцев, нарушающих покой храма. Раздавались крики и стоны. Некоторые из жрецов вооружились факелами, бросая их в лицо своим врагам, чтобы покалечить. Некоторые взяли кинжалы, которые, конечно, не шли в сравнение с короткими мечами противников. Везде неслись стенания жриц, молившихся всем богам, но боги почему-то не слышали их, не смотря на все мольбы их служительниц. Кто-то свалил огромную статую Исиды и она с грохотом упала на толпу людей, придавив многих из них. От звука падающей статуи по храму словно прокатились раскаты грома, напоминая чудовищный смех богини, которая потешалась над ужасом несчастных бедняг, придавленных ее статуей. Люди разбегались в разные стороны, чтобы обломки статуи не задели их. Эта пестрая масса напоминала кучу суетящихся муравьев, спешащих, чтобы укрыться от дождя. Вокруг слышались мольбы и стоны умирающих. Жрецы и ворвавшиеся святотатцы смешались воедино, иногда свои попадали по своим же, можно было услышать слова проклятий, которые эти люди сулили богам. Один жрец нечаянно толкнул своего же жреца и тот, упав, скатился по ступенькам храма, наткнувшись на острый осколок чаши, жрец стал корчиться от боли, проклиная все на свете. Огонь тем временем перешел и на первую часть храма. Филлида закрыла глаза, покрепче прижимаясь к груди Сигурта. Они вышли во дворик.