— Большое спасибо за исчерпывающие объяснения и советы. А теперь я хотел бы инициироваться.
— В Воду, Воздух и Огонь?
— Да.
— Один?
Тут государь хитро усмехнулся:
— Я не буду в очередной раз нарушать ваши договоренности с Анатолием Игоревичем, но отказываться от вашей помощи и не подумаю!
— Что ж, тогда предлагаю следующее: сейчас я инициирую вас, Ваше Императорское Величество, и приглашу с нами… то ли позавтракать, то ли отобедать. А мои слуги неспешно инициируют всех Конвойных, прибывших вместе с вами. Причем в том режиме, который сочтет безопасным начальник вашей охраны, и в те стихии, которые он выберет. Что скажете?
— От таких предложений не отказываются… — довольно ухмыльнулся он, а развеселившийся Голицын ехидно добавил:
— Что ж, раз вы нашли общий язык, и мы никуда не торопимся, значит, я имею полное право подняться к Марии Тарасовне, полюбопытствовать, чем она собирается нас кормить, и снять пробу с особо аппетитных блюд…
Глава 9
1 октября 996 г. от ВР.
…Привычка просыпаться в шесть утра сработала и в субботу — я открыл глаза в одну минуту седьмого бодрым и полным сил, откинул одеяло и прямо из положения «лежа» выстрелил собой к двери. На «обязательную программу» убил чуть больше четверти часа, так что в шесть двадцать переступил через порог спортзала и обнаружил, что в нем уже разминается наша единственная Природница.
Поздоровался, вгляделся в счастливое лицо женщины, повернувшейся ко мне, и сделал напрашивавшийся вывод:
— Закончили слияние?
— Да!!! И «растянула» покров до локтя!
— Отлично. Я вами горжусь… — ничуть не кривя душой, заявил я, и сбил волшебницу третьего уровня с пути истинного — она вдруг тряхнула волосами и попросила обращаться к ней «так же, как к Анне Филипповне», то есть, по имени и на «ты».
Я пошел ей навстречу и спросил, помнит ли она, что нужно для подъема на четвертый уровень.
Она утвердительно кивнула:
— Да, конечно: надо нагрузить энергетику почти до предела и удерживать этот уровень достаточно долго. Правда, я собиралась крутить смерч и тянуть энергию из него же, но, видимо, помешаю.
— Не помешаешь: я собираюсь порубиться с «подушкой» в свободном режиме… — сообщил я, дошел до своего законного места и начал разминаться. В процессе забыл обо всем и вся, как-то умудрившись убедить себя в том, что гудение воздуха за спиной и «порывы ветра» — нечто абсолютно нормальное. А потом разогнал сознание ускорением, врубил любимую приблуду, всадил пятнышко в центр левого верхнего стального щита, рывком ворвался в ближний бой и принял на жесткий блок удар, который до обретения магии раскрошил бы кости предплечья к чертовой матери.
От двойки в голову, пробитой на безумной скорости, и левого прямого удара «ноги» ушел сверхкороткими смещениями, всадил кулак, по самому минимуму «усиленный» шокером, в «печень», поднырнул под правый крюк, встретил покровом удар «подъемом стопы» в бедро и «метнул» воздушное лезвие.
Следующие двадцать девять минут жил боем на предельных скоростях и… всевозможными извращениями. Какими именно? Периодически менял стихии покровов и лезвий, вывешивал туманы, конденсировал и разогревал до кипения капли воды, выращивал и тут же убирал тычковые ножи, дважды смог сформировать за плечом слабенькую вспышку и разок вложился в сушь. А потом сработал таймер, «подушка» выключилась, и я, отменив ускорение, почувствовал себя счастливой, но загнанной лошадью. Поэтому дошел до матов, рухнул на спину, раскинулся звездой и расслабил гудящие конечности.
В состоянии безмыслия пребывал сравнительно недолго — до появления в области контроля двух новых «комплектов» мелкой фурнитуры. Хотя нет, не так: я торопливо вернулся в реальность сразу после того, как бдящая часть сознания доперла, чего не хватает в одном из комплектов, вскочил на ноги, в два рывка допрыгал до этого, «неправильного», и затараторил:
— Доброе утро, дамы. Поздравляю с избавлением от ортеза, мам! Ань, ты у нас чудо. Огромнейшее тебе спасибо!
— Доброе утро, сынок, доброе утро, Наташ… — радостно поздоровалась родительница, обняла меня двумя руками, чмокнула в щеку и подтвердила, что Лосева — чудо.