Кстати, локоть отставил на автомате. Поэтому удивился, когда Снежная Королева сократила дистанцию и оперлась на предплечье. Тем не менее, лицо удержал — спокойно развернул нашу пару на месте и повел даму к лифту.
В том же стиле вел себя и в гараже — помог Красовской забраться в салон «Кошака», закрыл за ней дверь и только после этого отправился к своей двери. А когда сел за руль, завел двигатель и тронул машину с места, счел необходимым еще чуть-чуть поднять самооценку мещаночки:
— Свою нынешнюю внешность оценила?
— Да.
— Это и есть ты-настоящая. А мастера просто-напросто убрали все то, что должно остаться в прошлой жизни. И еще: Наташ, сейчас мы приедем в салон Янины Павловны, и она оденет тебя на свой вкус. Кроме того, она же подберет драгоценности. Так вот, не вздумай упираться: ты, моя личная помощница, обязана выглядеть идеально.
— Буду! — твердо пообещала она и рассмешила снова: — Олег Леонидович, кажется, мне понравилось чувствовать себя куклой вашей матушки. И что с этим прикажете делать?
Мне тоже захотелось повалять дурака. Вот я и дал себе волю:
— Так, стоп: если ты — кукла, то моя!
— Поняла. Перестраиваюсь…
…В Императорский дворец въехали в семнадцать двадцать пять через ворота не для простых смертных, прямо за КПП сели на хвост «Тарану» без пулемета на крыше, поплутали по территории, зарулили в один из подземных гаражей и припарковались на месте, рекомендованном Конвойными. Кстати, и водитель внедорожника, и его пассажир оказались из моих крестников — то есть, были инициированы в моей усадьбе — и не забыли нашу помощь. Поэтому сначала уважительно поздоровались, спросили, как мы долетели, и поздравили обоих с получением высоких наград, а затем повели по хитросплетениям коридоров и анфилад черт знает куда.
Вели сравнительно недолго — минут двенадцать-четырнадцать и, что самое приятное, «сквознячком». То есть, без остановок на многочисленных постах, на которых дежурили их коллеги. Поэтому во время этой «прогулки» меня раздражали только заинтересованные, оценивающие или презрительные взгляды местных, если можно так выразиться, старожилов. Кои попадались чуть ли не на каждом шагу. Впрочем, в какой-то момент мы оказались в огромном зале для приемов, и мне стало не до придворных — я неспешно подошел к левому краю тронного возвышения, оценил расстояние до трона, огляделся по сторонам, сдвинулся на метр правее и вопросительно уставился на Красовскую. А после того, как она кивнула, повернулся к служакам:
— Мы можем расположиться тут.
Как и следовало ожидать, мне не поверили. И хором спросили, уверен ли я в выборе места.
Я пожал плечами, предложил провести эксперимент и объяснил, какой именно.
Старший Конвойный посмотрел на напарника, затем в хорошем темпе поднялся на возвышение, подошел к трону, повернулся к нам лицом и заявил, что готов.
— Стреляйте или бейте магией, ни в чем себе не отказывая… — разрешил я второму, и он послушался. Правда, судя по точке попадания первой пули в мой щит, целился выше плеча товарища, но в данном случае перестраховка была понятна. Зато потом разошелся — высадил в невидимую защиту целый магазин и за то же время успел ударить «аж» тремя дохленькими воздушными лезвиями. А после того, как пистолет встал на затворную задержку, потер переносицу и вздохнул:
— Да уж, нам до вас еще расти и расти…
— Упретесь в тренировки — догоните… — успокоил его я, хотя понимал, что их шансы догнать нас одними тренировками равны нулю.
Служака вежливо улыбнулся и задал следующий вопрос:
— Олег Леонидович, а маршрут эвакуации перекроете?
Я попросил показать, как, в случае чего, будут уводить Императора, и сделал шаг вправо. Но только для того, чтобы не демонстрировать наши реальные возможности.
— Что ж, у нас вопросов нет… — заявил старший, затем пообещал оставить это место под нас и попросил следовать за ним…
Эта прогулка напрягла значительно сильнее первой: мы шли к кабинету Императора, из-за чего вызывали все больше и больше ревнивого интереса, зависти и злости. Ну, а в приемной нас вообще возненавидели. Ведь стоило нам войти в помещение, как секретарь главы государства встал с рабочего места, поздоровался, поклонился и, обратившись ко мне по имени-отчеству, попросил следовать за ним. В общем, последние метры до «заветной» двери я прошел, борясь с желанием вывесить за собой щит. И победил. А после того, как дошел до приметного квадрата на паркетном полу, замер, почувствовал, что Красовская остановилась чуть левее и сзади, поймал взгляд государя и ответил на его приветствие.