Щит«тянул» перед ним. Поэтому в тот момент, когда Белосельский остановился справа и посмотрел в зал, по сути, прикрыл всех троих.
— Олег Леонидович, по моим ощущениям, в мою защиту прилетело пять заклинаний, а вы с Натальей Георгиевной атаковали семерых. Получается, что я чего-то не заметил?
— Так точно, Ваше Императорское Величество! — ответил я. — Убийца, которому я сжег лицо, и ближний безголовый били воздушными лезвиями.
— Зря они это сделали… — холодно усмехнулся он, а затем рявкнул на весь зал приемов: — Хватит паниковать, ломиться к дверям и втаптывать в пол тех, кто слабее или старше: покушение провалилось, все убийцы нейтрализованы, а вам ничего не грозит!
— Ваше Императорское Величество, разрешите обратиться? — вполголоса спросила Красовская.
— Наталья Георгиевна, ВЫ и ВАШ ГОСПОДИН вправе обращаться ко мне, не спрашивая разрешений… — заявил он и превратился в слух.
— Почти уверена, что покушение координировалось мужчиной в белом костюме, в данный момент стоящим на половине второго слева от портрета вашего деда: за мгновение до начала атаки он подался вперед и не испугался вспышек разрядов.
Белосельский посмотрел в указанном направлении и скрипнул зубами:
— Очень может быть. Так как это — британский посол. К сожалению, он — лицо неприкосновенное, и я не могу ни попросить его прибить, ни арестовать. Хотя, видит бог, хочется…
В этот момент самые реактивные группы Конвойных добежали до тел, и Виктор Константинович снова вспомнил о гостях — поднял руку, дождался наступления относительной тишины и предложил всем собравшимся перейти в бальный зал. А после того, как народ потянулся к распахнувшимся дверям, спросил у Красовской, прикрывает ли она в данный момент его супругу.
Наташа утвердительно кивнула:
— Да, Ваше Императорское Величество.
— Достойно. Кстати, вы с ней до сих пор не знакомы. А это неправильно. Так что следуйте за мной…
Глава 25
18 октября 996 г. от ВР.
…На парковочное место в «Золотых Ключах» въехали в третьем часу ночи, и я, вырубив двигатель, негромко потребовал:
— Рассказывай…
Красовская зябко поежилась, обхватила себя руками и вздохнула:
— Во время боя в березняке я ассистировала вам, изо всех сил старалась не подвести и почти не думала о том, что наши заклинания убивают. А сегодня была вынуждена бить в головы, чтобы не зацепить кого-нибудь еще. Пока нас с вами знакомили с Императрицей, заваливали вопросами и награждали, мне было не до воспоминаний. После того, как я осознала, что получила личное дворянство — тоже. Но как только мы выехали из дворца в ночной город, перед глазами появились крайне неприятные картинки.
— Убитых жалеешь? — спросил я.
Она отрицательно помотала головой:
— Нет: они позволили британцам себя шантажировать, согласились с их требованиями и приехали во дворец убивать. Причем не абы кого, а государя, которому присягали. А значит, нарушили клятвы и предали Родину. Наказание за последнее преступление одно — смерть. И я это понимаю не только разумом, но и сердцем. Увы, перед глазами мелькают расколотые черепа, и меня легонечко мутит.
— Меня тоже мутило на двух первых… — признался я. — До тех пор, пока я не представил, что натворили бы эти твари в будущем, не столкнись мы с ними на пару с батюшкой и не останови.
Природница повернулась ко мне, закусила губу и… сочла нетактичным задавать уточняющие вопросы. Поэтому я ответил на них сам:
— Мне было тринадцать. Мы возвращались с охоты. Километрах в трех от Енисейска услышали женские крики. Побросали добычу, перешли на бег и добежали до поляны, на которой девять беглых заключенных насиловали двух продавщиц круглосуточного магазина, расположенного на окраине городка. Папа убил самых опасных. А я — одного из насильников и шныря, пытавшегося скрыться в тайге. Потом помогал истерзанным жертвам этих нелюдей прийти в себя, нес одну из них на закорках, так как она была не в состоянии ходить, и так далее. В общем, тоже отвлекался. До тех пор, пока мы не передали эту парочку полицейским и не вернулись домой. А там я спросил папу, почему мы убивали, а не калечили. Ответ запомнил слово в слово: «Такие твари, как эти — не люди, а нелюди. И их надо уничтожать, как бешеных собак. Ибо колонии, тюрьмы и каторга их не перевоспитывают, а озлобляют. А озлобленные твари, вырвавшись на свободу, продолжают грабить, насиловать и убивать…». Да, меня мутило и после этой отповеди. Но, как я уже говорил, стоило представить альтернативный вариант будущего этих уголовников, как мое мировоззрение изменилось раз и навсегда. Кстати, наверняка изменится и твое. Как только ты представишь будущее Империи после удавшегося покушения: грызню за трон, направляемую спецслужбами наших заклятых врагов, гражданскую войну или вторжение их армий и трупы, трупы, трупы…