— Говоря иными словами, на танец с моей дамой можете не надеяться… — добавил я, дождался, пока герой-любовник поймает мой взгляд, наберет полную грудь воздуха и откроет рот, заткнул его лентой и недобро оскалился: — А еще мы, как только что было озвучено, не желаем общаться с вами дальше. Поэтому если вас оскорбило это утверждение, и вы готовы вызвать меня на дуэль, то кивните, и я уберу воздействие, мешающее вам говорить. Если же вы просто жаждете продолжить трепать языком, то займитесь этим где-нибудь еще — воздействие спадет само собой после того, как вы отойдете от нас метров на десять-пятнадцать…
…Ильины не собирались пускать процесс охмурения наивного мальчика на самотек, поэтому, как только вокруг нас образовался слишком уж плотный круг из ослепительных красоток, отправили «на помощь» наследника главы рода. В тот момент, когда он вышел на финишную прямую, одна из обаяшек — особа в ярко-красном пиджаке поверх черной сетчатой блузки, нескромно обтягивавшей не менее впечатляющий бюст, чем у моей помощницы — как раз спросила, почему в моей команде одни девушки.
И Кирилл Сергеевич счел возможным не гнать коней, чтобы услышать мой ответ на этот вопрос.
Я мысленно усмехнулся и пожал плечами:
— Марина Валерьевна, вы оцениваете мою команду со стороны и, как ни грустно это признавать, используете принципиально неверный критерий. А я вижу в этих девушках Личностей, развивавших Дары параллельно со мной, добившихся в этом деле впечатляющих результатов и, что самое важное, заслуживших мое абсолютное доверие. Кстати, на самом деле вы считаете моей командой две разные боевые единицы: меня с Натальей Георгиевной и мою матушку с тремя напарницами.
— Так, стоп: в ресторан «Вятич» вы врывались втроем! — протараторила блондиночка.
Я подтвердил:
— Все верно. Но я умею не только драться, но и думать. Поэтому, узнав, что в ЗДАНИИ буйствует зверье, владеющее стихией ЗЕМЛИ, взял с собой волшебницу, обладающую соответствующим чувством и способную ощутить неправильные напряжения в несущих стенах. Что, в конечном итоге, и помогло нам вовремя покинуть обреченное здание.
— А я слышал, что оно обрушилось из-за вас… — подал голос какой-то слащавый хлыщ, явно обидевшийся на полный игнор со стороны Натальи.
Я поймал взгляд этого дурачка и усмехнулся:
— Открою страшную тайну: и я, и мои люди пишем на микрокамеры все происходящее во время боевых выездов для последующего разбора полетов. Так что уже представили нужный фрагмент следователям ИСБ, и голословные обвинения главы рода Смирновых, пытавшегося избежать наказания за свою преступную жадность, были признаны ложными. Поэтому бедняге придется ответить по всей строгости Закона еще и за это.
— Олег Леонидович, а почему у вашей матушки три напарницы, а у вас всего одна? — мурлыкнула брюнеточка с масленым взглядом. — Все никак не подберете еще двух?
Я поднял взгляд к потолку и вздохнул:
— Моя матушка — боевой маг высшей категории. Но сыновьей любви и желания защитить от всего на свете это не отменяет. А мне за глаза хватает Натальи Георгиевны. Так что вакантных мест в моей команде нет и не будет.
— Эх, а я надеялась и верила… — застрадала эта дурында… шестого или седьмого уровня! А зря: Наташа с большим удовольствием развеяла остатки ее надежд:
— А на что именно, хотелось бы спросить? В нашей родовой дружине — три с лишним десятка магов высшей категории, беззаветно преданных Олегу Леонидовичу и уже проверенных в деле, а вы с ним только познакомились и… ощущаетесь первым рангом.
Брюнетка вспыхнула, но злить волшебницу на пару порядков сильнее себя не решилась. В этот-то момент к нам и подошел Кирилл Сергеевич, сходу перетянул на себя мое внимание, тактично намекнул молодежи, что со мной, главой рода, жаждут поговорить личности такого же калибра, и уважительно предложил нам последовать за ним.
Последовали. И добрались до уголка, занятого Живыми Воплощениями Привычки Повелевать — и, в ряде случаев, Упиваться Чувством Собственной Важности. Там наш провожатый поклонился отцу и технично свалил. А я оглядел «личностей моего калибра», как-то почувствовал, что требовать послать Наташу куда подальше не рискнет ни один, и мысленно усмехнулся. Потом вник в вопрос, заданный главой рода Деникиных, и понял, что живу в идеальном мире: