— Привет, Танюш! Сто лет тебя не слышал! Как твое ничего?
— Привет, братик! — радостно выдохнула девчушка.
— Мое ничего более-менее ничего. Зато Дашкино цветет и пахнет: вчера вечером она отпросилась в гости к однокласснице, но уехала по вызову СОПП, всю ночь валила зверье первого-второго класса опасности где-то на северо-западе, взяла два уровня и заработала первые баллы личного рейтинга, вот!
— Как я понимаю, ты ею страшно гордишься? — с улыбкой спросил я.
— А то: Дашка круче всех ныне живущих Державиных, за исключением, разве что, Петьки и меня…
Глава 37
27 ноября 996 г. от ВР.
…После спокойной, «теплой» и «домашней» субботы, подарившей море удовольствия, должно было настать не менее приятное воскресенье. Ан нет: в четыре десять утра дежурный дроновод усадьбы обнаружил стаю «чертей», рвавшую тушу нашего, земного, оленя, провел «птичку» над их следами и нашел голубой портал; в четыре пятьдесят две на еще один голубой портал наткнулся дрон из Восточного, а в пять двадцать четыре в той же части моих владений открылся зеленый. Причем в какой-то сотне метров от ловушки.
Что самое «веселое», из всех трех перло зверье пятого класса опасности, и достаточно плотно, поэтому командир дежурной смены разбудил меня, а я поднял весь остальной народ, отправил матушку и Аню в наш бункер, а сам на пару с Наташей быстренько перевез тревожную группу в Форт и приказал народу усиливаться по двое. Благо, к этому времени пользоваться системами вооружения научились первые номера всех боевых двоек.
Кстати, матушка доверила пульт управления пятнадцатилетнему Веньке Яшину,
попросила Леву Комлева пригонять ей по паре «чертей» и в компании с любимой целительницей принялась уничтожать этих страхолюдин магией. Благо, на восьмом ранге они убивались без особых превозмоганий. Поэтому я не мешал и даже не страховал. Точно зная, что, в случае чего, родительница попросит помощи у Вениамина, а тот достойно отстреляется из «Кипарисов». Вот и расслабился. После того, как загнал «Икар» в ангар и убедился в том, что процесс перемалывания иномирных животинок вошел в обычную колею.
Расслаблялся… что-то около двух минут. То есть, успел дойти до задней двери особняка, вломиться в тамбур, «снять» с Наташи Огонь и расстегнуть куртку. Именно в этот момент позвонил митрополит Симеон, извинился за то, что побеспокоил в такую рань, и попросил помочь — уничтожить стаю слизней, выгнавших своими испарениями в тайгу жителей Богучан и обитателей Богучанского женского монастыря. Закончив эту часть объяснений, признался, что обращался и к Долгополовым, и Борщовым, владения которых расположены в непосредственной близости от этого поселка. А потом желчно усмехнулся:
— Единственный целитель первых, владеющий боевой коагуляцией, вроде как, вместе с родовой дружиной всю ночь убивал зверье пятого-шестого класса опасности, выбирающееся из трех синих порталов, здорово перебрал с усилением и при попытке положить слизня гарантированно пережжет себе энергетику. А целитель второй вчера вечером получил тяжелейшее ранение и в данный момент пребывает в искусственной коме.
— Генералу Анциферову звонили?
— Да, конечно. Но все его целители в командировках. Ближайший, уже вызванный на помощь, прилетит через четыре с четвертью часа. А в тайге — дети…
Я жестом попросил у напарницы телефон, влез с него в Сеть, выяснил, какое расстояние от нас до Богучан по прямой, и прервал монолог иерарха:
— Пусть продержатся полчаса. Мы вылетаем…
С незанятыми людьми у меня было негусто, поэтому, закончив разговор, я вызвал к ангару Валю с Варей, «постучался» в канал Пришвиной-младшей и задал ей вопрос на засыпку:
— Доброе утро, Нин. Поможешь Филимоновой уничтожить кислотных слизней?
— Доброе утро, Олег Леонидович. Да, конечно!
— Тогда собирайся на вылет и беги к ангару: «окно» я сейчас организую.
— Сейчас буду! — радостно выдохнула она и замолчала. А я занялся делом — попросил дроноводов не подводить «чертей» к маме и Ане, ворвался в логово Жаровой, закидал в термосумки килограммов десять съестного, предупредил родительницу о том, что ненадолго улечу, объяснил, с кем и зачем, забежал к себе и так далее. А уже минут через пять поднялся в салон «Икара», упал в свое кресло, «поколдовал» над навигатором и, дождавшись всех трех девиц, поднял машину в воздух.
Как только набрали высоту и вышли на форсаж, вывел на экран ИРЦ карту погоды края, выделил программным маркером направление ветра возле Богучан и обратил на него внимание соратниц. Потом поставил персональные боевые задачи и переключился на Глотову, которой предстояло изображать второго пилота. Дрессировал ее всю оставшуюся часть перелета. А после того, как квадрокоптер пошел на снижение, уступил свое кресло и подбодрил: