Уилл с шипением выдохнул от осознания того, что Мира соскользнула с подлокотника кресла и устроилась у него на коленях всем своим компактным телом. Она была теплой и сексуальной и улыбалась ему.
— Что, черт возьми, ты только что сказала? Большую часть времени я вообще не могу тебя понять, — сказал он.
Хихикая, Мира потянулась между ними к его коленям, где кибернетические импульсы помогали Матери-природе создавать форму мужского великолепия. Проведя рукой по его растущему и теперь уже пульсирующему интересу, она поцеловала подбородок, висок и за ухом Уилла. Когда он не оттолкнул ее, она улыбнулась и также поцеловала его в шею, слегка прикусив там кожу, чтобы ввести снотворное, которое хранилось у нее под ногтем. Она слегка прижала его к поврежденной коже.
— Чувствуешь себя лучше? — спросила она, скользнув вниз по его телу, чтобы поцеловать грудь. — Мне с тобой очень хорошо.
— Уходи, плохая девчонка. Ничего хорошего не выйдет из того, что ты будешь флиртовать со мной… или делать что-нибудь еще, — резко сказал Уилл.
Мира рассмеялась, быстро расстегивая его брюки и вытаскивая из них свой трофей.
— Похоже, мне снова придется с тобой не согласиться. Я думаю, что это очень хорошо, и я счастлива быть той, кто стал причиной этого.
Несмотря на божественное обещание, которое она давала своими действиями, Уилл положил руки ей на плечи, чтобы оттолкнуть.
— Я не знаю, в какую игру ты играешь, но… Господи, — громко сказал Уилл, зашипев, когда она скользнула вниз и одним плавным движением накрыла его ртом.
Все его тело внезапно стало таким слабым, каким он себя никогда не помнил. Ее сильная хватка держала его колени раздвинутыми, а одна рука удерживала его по стойке «смирно», пока она добивалась своего. В конце ее имя сорвалось с его губ, что не заняло много времени у ее талантливого рта. Его сердце бешено заколотилось, когда она с ним закончила. Он чуть не закричал от мучительного облегчения.
— Мира… — прошептал он, когда она, наконец, подняла к нему лицо.
— Ах, не смотри на меня так печально, Уилл. Тебе не о чем беспокоиться, не нужно ничего исправлять или даже задумываться. За эти годы я сделала это для сотен мужчин, потому что была запрограммирована делать это по первому требованию. Ты первый мужчина, для которого я захотела это сделать за долгое время. — Мира спрятала его мужское достоинство и похлопала по коленям. — Ну вот. Если хочешь, можешь даже притвориться, что ничего не произошло. Я не буду принимать это на свой счет, что бы ты ни решил. Но надеюсь, я показала тебе, что твоя сексуальная жизнь не закончена только потому, что твоя жена ушла от тебя к другому мужчине.
— Мира… — сказал Уилл более отчетливо. Он устал, у него кружилась голова, и он был ошеломлен тем, что его мужское достоинство так стремительно вернулось к жизни. Сексуальная разрядка истощила его, но в то же время прочистила разум. Он облизал пересохшие губы, чтобы заговорить с ней, но что он мог сказать? Благодарить ее показалось грубостью. — Ты сообщила, что уходишь. Куда ты идешь?
— У нас с Айей небольшое дело, — небрежно ответила Мира, снова забираясь к нему на колени. — Но я не могу допустить, чтобы ты меня выслеживал, поэтому я накачала тебя наркотиками… совсем чуть-чуть. Это должно пройти, как только я окажусь вне зоны досягаемости. Конечно, полбутылки сока «Счастливый Киборг», который ты выпил, может привести к тому, что эффект от них будет выветриваться из твоего организма немного дольше.
— Я не понимаю, — пробормотал Уилл, начиная наклоняться вперед. Вместо этого он откинулся назад, слабый, как младенец. — Что ты со мной сделала? Я слишком устал, чтобы двигаться.
— Спи, Уилл. Этот адский день подходит к концу. Ты заслужил хороший отдых.
Глаза Уилла слипались. Ему нужно было поспать. Его тело не оставляло ему выбора. Он удивился, как сильно ему стало не хватать теплого веса Миры у себя на коленях, когда она вздохнула и слезла с его ног. Почему она не могла остаться, чтобы он мог ее обнять? Может быть, она могла бы полежать с ним, пока он не заснет.
Он все моргал и моргал, а потом его веки отказались подниматься.
Мира увидела, как смягчилось лицо Уилла, когда наркотик начал действовать. Ей стало немного грустно. Ей понравился его благодарный взгляд и сексуальность его голоса, когда он произнес ее имя сразу после этого.