Даже сейчас было стыдно за собственную опрометчивость. Когда горячка страсти схлынула, поняла, что натворила. Не я одна, как оказалось. Алмас тоже как-то враз охладел. Нет, он по-прежнему интересовался моим самочувствием, приносил продукты по списку, но в остальном отстранился, притушил эмоции, и все чаще задерживался в городе допоздна. Дома я видела его глубоко задумавшимся. И не лезла сама, боясь напороться на грубость.
В порыве откровения он рассказал мне про мать, брошенную любовником беременной. По выражению лица и сжатым кулакам догадалась, он злился, не простил папашу. Тогда меня отвлек звонок свекрови, горевшей желанием рассказать мне новость.
- Я предупреждала тебя, чтобы ты одумалась или все потеряешь, - начала она без предисловий и приветствий. – От тебя отвернутся твои же дети.
- Не отвернутся, - начала заводиться я. Свекровь меня не уважала, не ценила. Считала, что любая девушка их уровня лучше меня. Но когда я решила уйти, начала изводить меня звонками.
- Уже, глупая, уже, - пропела она злорадно. - На той неделе было обручение Эмира. Ты конечно знаешь… – Я задохнулась. Ком воздуха встал в горле. – Ой, вижу ты не в курсе. Тебя не позвали. Ах, да, ты же больше никто и звать тебя никак. Но я, так и быть, кину тебе фотографии. Полюбуйся, как все прекрасно живут без тебя!
- Кто невеста? – выдавила из себя.
- Ты, якобы мамаша, даже не в курсе, кого собирается привести в дом твой сын! Он не сказал тебе… Может потому что ты решила забрать у него его же дом! - рявкнула она в конце, сменив тон. – А я тебя предупреждала. Живи теперь с этим, убогая. Я бы на твоем месте утопилась от позора.
Она отключилась. Экран потух и вспыхнул снова. Зазвенела мелодия, сообщающая об смс-ке. Она звенела и звенел. Свекровь разошлась, решив переслать мне весь архив обручения Эмира.
Алмас нашел меня в слезах, плачущую в углу комнаты. Утешил, говоря много ласковых слов и целуя. Тогда я сделала еще одну глупость. Сейчас припомнила, охлаждение началось, когда я, расстроенная после звонка свекры, рассказала ему о ссоре с мужем, о сыне Эмире, вычеркнувшем меня из жизни. Не удержала эмоции в желании получить сочувствие. И получила отстраненность и холод. Как-то некстати постоянно вспоминалась его молодая и красивая любовница. Я совсем загрустила. До выхода на работу оставалась пара недель, которые с ума меня сведут, если все так и будет продолжаться.
И я сбежала на шоу. Алмас не отговаривал. Мы вообще все это не обсуждали. Жили как обычные соседи, встречаясь за завтраком. Ловила себя на мысли, что отношения с ним мне приснились. Я нафантазировала и сама поверила в них. Было обидно. Почти так же как измена мужа. Хотелось простого женского счастья. Мама оказалась права, я запуталась, мне нужна помощь…
Вишенкой на торте был его внезапный отъезд. Алмас оставил записку, в которой сообщил, что пару недель его не будет. И все. Никаких объяснений. Я не стала звонить и писать. Проплакала всю ночь, жалея себя и свою неудавшуюся жизнь. Многие сказали бы мне, что я зажралась. У меня хорошая работа, после развода я получу половину дома. Младший сын меня поддерживает. Мама хоть и на стороне зятя, но старается понять и помочь мне. И расскажи мне кто другой такую ситуацию, послала бы женщину лесом. Но когда оказываешься сама в такой ситуации, накатывает отчаяние. Пока молода легко и нормально менять жизнь. В моем элегантном возрасте даже хорошие изменения принимаешь с трудом. Чуть какие-то изменения – это кажется катастрофой. Совсем как у маленьких, не понимающих жизни и зависимых детей. Вроде бы сил еще полно, не разваливаешься. А вот такое восприятие жизни.
Именно тогда я поняла, что шоу – мое спасение. Я потеряла свою семью, сыновей, маму. Потом Алмаса. И мне нужна была новая поддержка и опора в жизни. Что-то, что будет держать меня на плаву, давать силы жить, вставать каждое утро. Была уверена, что найду это далеко отсюда. Отогнала мысль, что сама себе напоминала пассажиров «Титаника», с надеждой на лучшее входивших на борт судна.