— Надо было подальше убегать. — Угрюм размазал по лицу копоть. — Если наша девочка еще немного так пошумит, то я окончательно оглохну.
— Приготовится надо. Что-то мне подсказывает, что это еще не все. Волки не зря так воют, ждут чего-то, и мне кажется, что это, что-то, сейчас появится. — Максим внимательно, слега прищурившись, посмотрел на друга. — У тебя, кстати слух улучшился. Поздравляю.
— С чего ты взял, по моему наоборот. Такое ощущение, что мне голову матрасом накрыли. — хмыкнул друг. — Я тебя словно из бочки слышу.
— Грамофончик над тобой появился, слегка снизу синим заполненный, — пояснил Художник свои слова, и встал. — Вроде как холодает, смотри как из прохода пар валит, там же внизу, зима, мороз и снег.
— Ты думаешь от туда сейчас ореки повыпрыгивают, — хмыкнул Угрюм. — Это вряд ли. Спалило там все. Туда камень как водица стек.
— Ну волкам это не навредило. — Недоверчиво скосился на друга Максим.
— Стая огненной стихии принадлежит, а те твари воде, — уже не так уверенно произнес Игорь.
— Кто знает, что там Полоз еще учудил. Может не горят ореки в огне. Коконом каким-нибудь окутаются да повылазят. Лучше быть готовым к любым сюрпризам. — Художник достал из рюкзака автомат.
В этот момент к друзьям подошли Рыкал и Огневушка. Пасть вожака улыбалась острыми клыками, а глаза светились счастьем. Около его лап, крутился повизгивая от нетерпения Гав.
— Ваша услуга стаи неоценима, — старый волк поклонился. — Скоро проход остынет, и здесь появятся слуги Ледяной горы. Это будет славная охота. Наконец-то стая выполнит то, для чего и была создана.
— Нашей заслуги в этом нет, это все она — пожал плечами Максим, и кивнул в сторону Огневушки.
— Огненная девочка конечно же выполнила основную часть работы, но без вашей помощи, без подсказки, этого бы не случилось, — еще раз поклонился Рыкал. — Вы выполнили мою просьбу, и потому пришло время мне выполнить свою. Стая встает у прохода в мир зимы, для подготовки к отражению атаки врага, и вы можете вести своего друга в разлом, там больше нет охраны.
— Рыкал, не называй больше того ублюдка нашим другом, — нахмурился Угрюм. — Мы выполняем задания Агилии, это была ее воля. Если бы не змейка, мы бы и пальцем не пошевелили ради этой сволочи.
— Я услышал тебя игрок, — рыкнул волк. — А сейчас, уводите Барина в разлом, мне противно находится с ним в одной локации, от него воняет подлостью.
— Дяденьки игроки, — засмеялась Огневушка, останавливая уже собравшихся уходить друзей, она горела, в прямом смысле этого слова, счастьем. — Я так благодарна вам. Нас приняли с Гавом в стаю. Я больше не одинока, и нашла семью. Дедушка сказал, что из моего щеночка он вырастит настоящего воина, и своего наследника. Вы сотворили чудо.
— Рад за тебя, — улыбнулся Максим. — А сейчас извини, но нам надо доделать то, за чем мы сюда пришли.
Барина нашли там же, где и оставили. Он прятался за серым валуном, и встретил друзей недоверчивым взглядом.
— Можно идти, нам ни кто не помешает, — буркнул недовольно Угрюм.
— А что меня ждет там? — Барин не договорил, но его и так поняли.
— Я думаю, что, то, чего ты не заслужил, но благодаря любви той, которую предал, получишь, — Максим не скрывал своего раздражения, ему неприятно было это создание, но приходилось терпеть.
— Я вам не верю, -дух отстранился.
— У тебя нет выбора. Или ты немедленно идешь с нами, или скоро здесь начнется такая драка, в которой твоя бестелесная плоть, скорее всего сдохнет. Вот только не надо смотреть на меня глазами преданного щенка, мне плевать на твою жизнь, но я дал обещание Агилии, и сдержу его. Пошли, — Угрюм мотнул головой, указывая путь.
— Кажется поздно, — Художник остановил друга. — Слышишь волки завыли. И грохает под землей, словно топает кто-то. Что-то уж очень быстро проход остыл.
— Да чтоб тебя, — выругался Игорь. — А нам как раз в ту сторону и идти. И чего теперь делать будем?
— Или драться, или ждать, чем все закончится, — пожал плечами Максим.
— Не. Ждать я не согласен, надо попробовать проскочить, пока не началось — скривился недовольно Угрюм, и повернулся к Барину. — Ты с нами пойдешь. Вылезай из-под камушка, герой-любовник.
— Страшно конечно с вами идти, и нырять в разлом, а вдруг там окончательная смерть, а не свобода, но жить в неизвестности еще страшнее, — скривился тот, — наверно и вправду лучше попытаться, и сдохнуть, чем потом всю свою бесконечную жизнь жалеть, что не попробовал.
Над прожженным Огневушкой проходом, в мир зимы, клубился густой пар. Волки выстроились напротив него клином и, тихо поскуливая от нетерпения, ждали. Рыкал с Огневушкой и Гавом стояли чуть в стороне, к ним-то и подошли друзья.