Моргнув несколько раз, я наконец могу увидеть, что меня окружает.
Комната, в которой я нахожусь, больше, чем я думала. Стул, с которого я только что поднялась, стоит прямо посередине.
А на этом стуле сидит мужчина.
Я не могу разглядеть его. На нем какой-то капюшон, который скрывает лицо.
Остальная одежда на нем из черной кожи, но я все равно вижу, что у него крупная, мощная фигура.
Видеть своего похитителя воочию в таком виде страшно нервирует. Я очень боюсь, но в то же время у меня возникает желание наброситься на него и напасть.
Он удобно расположился, рукой в перчатке поигрывая куском веревки.
Той же веревки, я думаю, которой я была привязана к стулу.
– Хочешь знать, почему я всегда забираю с собой только девушек из Стаи Чистоты? – спрашивает он.
Его голос мягкий и ровный, но я слышу каждое слово. Я игнорирую его вопрос и задаю свой.
– Ты Альфа Кейден?
– Моя репутация опережает меня, – гогочет он. – А ты умная девочка. Ответь-ка на мой вопрос. Почему я нападаю на девушек из Стаи чистоты?
У меня нет времени, чтобы ответить остроумно, поэтому я выбалтываю первое, что приходит в голову.
– Потому что ты трус.
Он издает веселый смешок, затем небрежно перекидывает веревку через плечо и встает.
Я беспокойно наблюдаю, как он приближается; его походка такая легкая, что кажется, будто он плывет по полу, настолько мягко он ступает. Я упираюсь спиной в стену, насколько это возможно.
– Это не имеет ничего общего с трусостью. И предупреждая вопросы: нет, это не вендетта против вашего альфы. Он довольно приятный человек, – говорит он.
Теперь он стоит близко, наклонив голову ко мне. Но я все еще не могу видеть дальше тени, скрывающей его лицо.
Он складывает руки перед собой.
– Ненавижу приятное, – он опускается передо мной на колени, чтобы оказаться на одном уровне, и у меня дыхание застывает в горле.
Ненавижу, когда он находится рядом со мной.
И ненавижу себя за то, что у меня не хватает смелости наброситься и причинить ему боль.
– Я похищаю девушек из Стаи Чистоты, потому что они слабые, жалкие и верят в какое-то дерьмовое существо, которое живет на небе, – говорит он мне.
Вот оно что. Почему-то я меньшего от него и не ждала. Бросаю на него свой самый твердый взгляд, хоть мне и страшно.
– Ну, я нахожу это забавным, – отвечает он, смеясь.
Хочу дать ему пощечину за такие слова, но я даже не уверена, есть ли у него лицо. И это пугает меня больше всего.
– Так что… Я теперь твоя зверушка? Или ты собираешься продать меня одному из других отчаявшихся членов твоей стаи? – сердито спрашиваю я.
Я никогда не хотела причинить кому-то боль так сильно, как хочу сделать больно этому человеку.
Как он мог так поступить со мной? Или с кем-то еще, если на то пошло?
Он украл мою жизнь еще до того, как я успела ее прожить.
– Ты не разделишь ту же судьбу, что и те другие девушки. Будь уверена, ты даже не увидишь мою стаю, как они. Нет, у меня есть другое предложение.
Он говорит это медленно, будто у меня есть выбор в этом вопросе.
– Я уже некоторое время наблюдаю за тобой, – говорит он. – Я знаю, что обычно ты меня не боишься, – Он сводит руки вместе. – Хотя, наверное, сейчас боишься…
Я решаю действовать. Бросаюсь на него, пытаясь хоть как-то навредить ему.
Но он просто хватает меня, прежде чем я успеваю что-то сделать.
Моя кожа соприкасается с его перчатками в течение нескольких долгих секунд, пока он держит меня за запястья, а затем он легко отбрасывает от себя, словно я мусор.
Я тяжело приземляюсь на землю и сворачиваюсь от боли.
– Ты дерзкая, – сухо замечает он. – Ты уверена, что ты из Стаи Чистоты?
Я горблюсь на земле, залечивая свои раны.
– Тебе нужно понять, – терпеливо говорит он мне, – Я альфа. Это моя игра, а не твоя…
Устанавливает ли он основные правила? Меня предупреждают, чтобы я больше не пыталась делать ничего подобного?
Если бы я не была в его полной и абсолютной власти, я бы попыталась атаковать его сейчас, чтобы показать, что думаю об этом.
Но у меня все еще есть голос.
– Я не буду твоей рабыней, – рычу я.
Он смеется.
Кейден смеется… Я нахожусь в присутствии самого смертоносного альфы в мире.
Он не проявил милосердия ни к кому, так почему же он проявит милосердие ко мне?
– Твоя судьба будет поинтереснее, чем судьба рабыни, – бормочет он.
Он возвращается ко мне и протягивает руку.
Не хочу брать ее, но знаю, что если не возьму, он может сделать со мной что-то ужасное.
Я позволяю ему подтянуть меня к себе.
Он выше меня на голову, но я все равно не могу разглядеть его лицо под капюшоном.