На полу, прямо на голом полу лежит скрюченный в три погибели Тим. Позабыв про все на свете, бросаюсь к парню.
-Саш!
- Я жив, - не открывая глаз и еле шевеля губами, выдавливает из себя, - а ты как?
-И я жива. Саша, нужно подняться и перелечь хотя бы… хотя бы на матрас. Он ничего не отвечает, только дышит с каким-то сопротивлением.
-Они тебя били, да? – осматриваю его, крови почти нет, щека опухшая и, судя по позе Тимофейчука, его били в живот, а может еще куда.
-Я не смог тебя защитить, - шепчет парень.
-Любой бы не смог, - стягиваю с себя мокрую одежду, оборачиваюсь полотенцем, любезно принесенным прислужницей Стаса. Комкаю влажное платье и прикладываю к лицу парня. Он приоткрывает глаза, фокусирует на мне свой взгляд, но ничего не спрашивает.
Саша.
Когда Аню забрали, вернувшийся в комнату амбал популярным языком объяснил, что мы попали в рабство. Босс, как его назвал амбал, снимает и продает запрещенное видео. Ему нужны новые, молодые лица. Если будем послушными и устроим своего нового «хозяина», то даже переселимся в хоромы, где будем жить, есть, нормально спать, изображая молодоженов, делая всё то, что происходит в молодой семье. Всё это время нас будут снимать на камеры и транслировать таким же сумасшедшим как босс клиентам, готовым платить деньги, чтобы подглядывать за жизнью чужих людей. На мой вопрос: « А если я откажусь?», последовала череда ударов и разъяснение, что лучше согласиться. Здоровяк бил меня кулаком в лицо, я пытался увернуться, пару раз удалось прорядить ему в нос, но силы явно не равны. В который раз жалею, нахрена я увлекался баскетболом? Не тот вид спорта я выбрал. Амбал валит меня на пол, парализует электрошокером, а потом просто добивает ногами в живот. Напоследок он говорит: «В противном случае вас будут «ломать» и физически, и морально до тех пор, пока вы не согласитесь». С этими словами громила продолжает ушатывать меня до тех пор, пока не уходят силы даже закрываться от ударов. В какой-то момент мне кажется, что это последний день в моей жизни. Даже когда он уходит из комнаты, это ощущение близкой кончины не покидает меня. Я лежу на грязном полу и не могу пошевелить и пальцем. А потом я слышу крики Ани. И в этот момент я реально готов сдохнуть. В реальность возвращаюсь, когда слышу рядом хлюпающие шаги.
-Саш!
Я слышу ее голос. Не могу открыть глаза. Действительно сломали не только физически, но и морально. Как мне посмотреть в лицо любимой девушке, которую возможно, только что изнасиловали. Чувствую ее руки на своих плечах. Они дрожат. Ей страшно.
-Я жив, - только и могу выдавить из себя эти слова.
Аня трогает мои волосы, убирая со лба. Ее руки ледяные, но это то, что нужно мне сейчас, это возвращает к сознанию.
-Они тебя били, да? – спрашивает девчонка. Капец! Она, бл* за меня беспокоится? Она должна меня ненавидеть! Я сам себя ненавижу! НЕНАВИЖУ! Я удавиться готов! Сдохнуть! Смелости спросить о том, что с ней вытворяли эти монстры, у меня не хватает. Единственное на что я сейчас способен это признать свой провал.
-Я не смог тебя защитить, - шепчу, а сам готов со стыда сквозь землю провалиться.
-Любой бы не смог, - отвечает Эн и моего лица касается прохладная ткань. Это просто облегчение. Боль становится менее ощутимой. С силой приоткрываю глаза, вокруг все как в тумане. Вглядываюсь в картинку. Моя голубоглазая девочка склонилась надо мной. Мокрые пряди белокурых волос беспорядочно раскиданы по голым плечам. Она раздета, закутана в большое полотенце. Это просто пи*дец. Уроды! Они изнасиловали ее! Мою девочку, которая все эти годы ждала меня и ни с кем даже не целовалась! Я их разорву! Я зубами глотку им выгрызу!
Убираю от лица Анину руку с мокрой тряпкой. Встаю на четвереньки и в забытьи ползу к входным дверям.
-Суки! Ну давайте, идите сюда! Поговорим! Открывайте, уроды!
Боль во всем теле дает о себе знать. Я падаю, снова поднимаюсь, матерюсь, ползу к дверям. Чувствую цепкие ручки на моих плечах и успокаивающий голос Эн.
-Не надо, Тим, не надо слышишь? Ты сделаешь только хуже.
-Я лучше сдохну!
-И оставишь меня одну?
Эти слова ударяют ножом по сердцу.
-Я все-равно бессилен.
-Мы справимся, должен быть выход и мы найдем его. Просто нужно успокоиться, осмотреться и что-нибудь придумать.
-Это я должен был тебе так говорить.
-Ну тогда отмотаем пленку?
Смотрю на Аньку и пытаюсь собраться. Это я должен быть сильным, я должен успокаивать ее и продумывать план вызволения. Так и будет! Я справлюсь.
-Я вытащу нас отсюда, - говорю ей на полном серьезе.
-Конечно, вытащишь. У нас всё получится.
4
Вновь щелкает затвор в дверях. Аня подбирается, я напрягаюсь. В дверь робко заглядывает женщина. Она ставит на пол два пакета и едва поднимая на нас глаза, тихо проговаривает: