– Он меня украл! С применением магии!
– Магии? – эльф задумчиво осмотрел ее запястье, – так-так-так, железный браслет, восьмицветная косичка заклинаний, одно плетение из запрещенных, парализующий эффект… И все это для похищения особы, состоящей на императорской службе? Штраф в пять тысяч золотых и лишение права публично носить оружие сроком на три года, если дело обошлось без последствий. Последствия были?
– Нет! – прохрипел граф, сообразивший, в какую историю влип.
– Как бы ни так! Были! – воскликнула Настя, – Платье герцогини испорчено! А настроение – еще хуже!
– Не беда, договоримся. Граф скорее язык себе откусит, чем скажет, что встречал нас. Верно?
– Да, – Лус угрюмо кивнул, пролетая мимо.
– И извинится, – добавил эльф.
Из дальнего угла раздался возмущенный возглас:
– За что?!
– За то, что я тебя видела и слышала! – подтвердила ущерб пострадавшая сторона.
Арман оглядел хозяина дома и понимающе кивнул. Новоявленный пленник закачался быстрее, но все равно долго молчал, собираясь с силами для дела нового и непривычного. А потом произнес с такой скорбной миной, будто его принуждали выпить скипидару:
– Ладно. Был неправ. Больше не повторится.
– Попрошу без одолжений! – возмутилась Настя, но эльф уже принял извинения за нее, будто это его украли и склоняли к сожительству, и потащил девушку вон из комнаты.
Позади раздался громкий стук – это перестало действовать заклятие маятника, и граф с размаху познакомился с полом. На сей раз не женским, а обыкновенным, паркетным.
Через полквартала от графского дома Арман распахнул перед спутницей дверь наемной кареты, обыкновенной, запряженной парой лошадей.
– Едем домой, на сегодня довольно развлечений. Считай, что это была разминка перед походом.
– Спасибо, ты подоспел вовремя, – призналась Настя, едва успев отдышаться, – а то мы уже обсуждали, как будем тайком закапывать меня в лесу.
– Даже так? Молодцы, обстоятельный подход.
– Но ты снова лишил меня удовольствия надавать пинков тому, кто этого заслуживает!
– Ничего, вернем пространственные дыры – будешь пинать, кого захочешь. Героям не отказывают в мелочах!
* * *
Как оказалось, время до отъезда Арман собирался провести вовсе не в особняке герцога Тари. Карета миновала центр города, выехала на мощеную камнем набережную одного из бесчисленных притоков Суары, и вскоре остановилась у небольшой гостиницы.
Гостиничный двор отгораживала высокая кованая ограда с воротами, над которыми покачивалась вывеска "У крылатой собаки". Упомянутое животное обнаружилось во дворе, посреди клумбы. На потемневшем от времени постаменте возвышалась загадочная скульптура – изображенная в натуральную величину каменная дворняга с птичьими крыльями за спиной. Чем загадочная зверюга заслужила себе памятник, на монументе не пояснялось, хотя и так легко догадаться – само по себе появление на свет эдакой помеси Тузика с горным орлом много чего стоит.
Дверь новым постояльцам открыла такая дива, что все кинозвезды женского пола вымерли бы от зависти, увидев ее. Молодая женщина невысокого роста, миниатюрная и изящная, но не тощая, казалась ослепительной даже в простом платье и белом переднике. К тонким чертам лица не прикоснулось и малейшее несовершенство, темные косы, уложенные венцом, оттеняли нежный цвет кожи и блеск необыкновенной косметики – веки красавицы от ресниц до бровей будто присыпали серебряной пылью, нарисовав мерцающие стрелы вразлет до самых висков.
Бездонные глаза цвета фиалок вспыхнули радостью при виде Армана, и тут же сменили милость на гнев, разглядев его спутницу. Хозяйка "Крылатой собаки" презрительно вздернула точеный носик и уперлась руками в бока, там, где широкий пояс туго стягивал талию, подчеркивая и без того примечательный бюст.
– Добрый вечер, Мирика, – нисколько не смутившись, заявил Арман, – я обещал привести напарника, и вот мы здесь. Познакомься, это Анастасия!
– Очень рада, – улыбнулась хозяйка, обдавая гостью теплом февральского ветра, – вы, должно быть, устали? Я покажу комнату.
И, не говоря больше ни слова, шагнула назад, в полумрак.
– Какой чудесный макияж, – шепотом похвалила Настя, надеясь сгладить неловкость встречи. Говорила будто бы эльфу, но так, чтобы красотка услышала.
– Это не макияж, а серебристая пыльца, врожденная, – тоже шепотом ответил Арман, – у Мирики мать – фея.
– Ничего себе! – удивилась сыщица, и тихо добавила, заметив, как остроухий провожает взглядом спину и остальные части тела прекрасной хозяйки, – А кто у нее муж? Часом, не волшебник?
– Нет, – невозмутимо ответил эльф, – иначе он вряд ли утонул бы спьяну два года назад.
После ужина состоялся последний инструктаж. Император считал экспедицию на остров Спящей девы не самым важным заданием, но об оплате не забыл. Арман выдал напарнице причитающуюся долю аванса. Правда, не деньгами, а подозрительного вида чеком на предъявителя. Это чтобы не пропили в первый день, объяснил эльф, хотя сыщица так и не поняла, почему чек пропить труднее, чем деньги. Зато командировочные и представительские выдали, как положено, полновесным золотом.
– Держи, – сказал эльф, протягивая тонкую пачку бумаг, – это твои новые документы.
Настя сняла синюю ленточку с печатями всевозможных имперских ведомств и обнаружила, что отныне она именуется госпожой Лориной Альстен, и родом происходит из такого глухого захолустья, о котором в столице некоторые почитают ниже своего достоинства даже упоминать вслух.
– Кто же мне имечко-то придумал?
– Никто не придумывал, в хранилище поддельных документов какие первыми попались, те и выдали. Я теперь вообще Арман Энивар Бо.
– Кто?!!
Настя сделала нечеловеческое усилие. Честно прикусила губу. И все-таки не выдержала, засмеялась. Остроухий притворился, что ему, гордому потомку кого-то еще более остроухого, такие мелочи безразличны, и перешел к следующей части инструктажа – оружейной.
Из-под кровати появилась на свет здоровенная сумка, плотно набитая всевозможными предметами, созданными сеять разрушение. Из узнаваемого оказались четыре не то кинжала-переростка, не то коротких узких меча в таких потасканных ножнах, что и на помойку при людях нести совестно, и пара складных ножей отменного качества. О практической пользе связки палочек и деревянных брусков странных конфигураций оставалось только гадать. Похоже, щедрость императорских снабженцев и в самом деле не знала границ.
Все остальное предназначалось исключительно для магов – какие-то разноцветные шипы в стеклянной коробочке, два пучка травы, похожей на вялую петрушку, мешочек с красными шариками, такой же с черными и фиолетовыми, небольшая стеклянная пирамидка с белой пилюлей, запаянной внутри, и холщовый сверток с непонятными трубками.
Эльф не стал объяснять, как этим пользоваться. Магические штучки Насте все равно не по зубам, а с обычным оружием всех блуждающих учат обращаться в добровольно-принудительном порядке. Арман только предупредил, что оставит сумку на полу, и на нее лучше не наступать. И вообще, мол, спи спокойно, враг не пройдет. Эта гостиница – лично им любовно обустроенное (и нечего так двусмысленно ухмыляться) убежище, отлично защищенное от крыши до фундамента. Мирика, добрая душа, всегда готова пустить на ночлег бесприютного сыщика.
Настя спросила:
– Сознавайся, это ты утопил ее мужа?
– Такому, чтобы утонуть, помощники не требовались, – хмыкнул ушастый.
И тут слово за слово выяснилось, что Арман снял эту комнату под склад – для ночного хранения вещей, оружия и напарницы. А сам засобирался в более приятное местечко, поближе к хозяйке.