– Вот и хорошо. Бдительности много не бывает.
День выдался солнечным, становилось жарко. Всю дорогу сыщица исполняла поручение – смотрела по сторонам, выискивая что-нибудь подозрительное. Правда, без толку, поскольку маги, крепости и летающие экипажи больше на глаза не попадались.
Если впереди появлялись люди, Настя исправно кивала на них эльфу, а тот кивал в ответ. Иногда казалось, что напарник издевается, но девушка отлично знала, что в делах, особенно рискованных, ушастые серьезны до занудства.
– Что там за темная история с этим, как его… Тантлоном? – спросила она у Армана, – Рассказывай, куда мы едем!
– О, Тантлон, столица некромантов – замечательное местечко, тебе понравится.
– Это еще почему?
– Страшно, мрачно, сыро…
– Понятно. Только насчет некромантов проясни!
– Когда-то давным-давно…
– В каком году? – деловито уточнила Настя.
– Точно неизвестно, пять тысяч восемьсот четыре года назад еще не было нынешнего летоисчисления.
– Хм…
– Так вот. Один довольно способный господин, причем способный в магии мертвых, поселился на уединенном холме у моря. Славное было местечко, мой дедушка застал его еще в первозданном виде… Белый песок, сосны, скалистые обрывы, шум прибоя и, прошу заметить, ни одной живой души вокруг. По слухам, великому магу до тошноты надоела не то собственная родня, не то родня жены, вот он и искал уединения. Исключительно по доброте характера и некровожадности, хотел дать любимым родственникам шанс образумиться. Уж не знаю, чем они его допекли, но намека, увы, не поняли. Ничего особенного маг не затевал, только обустроил пещеру на свой вкус и зажил себе припеваючи. За холмами деревня стояла, так что клиентура подтянулась быстро. Кому заразу из раны выгнать, кому колодец от зловредной живности избавить, кому покойную тещу подштукатурить, чтобы пролежала, как новенькая, всю гулян… то есть поминки.
– Не жизнь, а малина в кисельных берегах, – согласилась сыщица.
– Вот-вот, – кивнул эльф, – но вскоре беглеца разыскала жена, а за ней и остальная родня подтянулась. Неизвестно, что там стряслось, мой дедушка в то время болел и не успел на драку, но дело кончилось скверно. Некромант вспомнил, что он великий, грозный и довольно злобный маг. Земля содрогнулась, тьма сгустилась, молнии сверкали, шторм бушевал такой, что на всем побережье на несколько лет было покончено с судоходством, а деревня соседская…
– Сгорела в потустороннем пламени?
– Нет, хотела выкатить магу претензию. Половина покойников, включая оштукатуренную тещу, домой вернулась.
– И как, предъявили?
– Нет, вовремя передумали. Еще и приплатили, чтобы упаковал возвращенцев туда, откуда вылезли. Некромант нанял нужных людей, выстроил неприступный замок и стал жить, ни в чем себе не отказывая. Собирал редкие книги, ставил эксперименты, учеников завел, чтобы знания передать, а уж они основали гильдию Устрашающих. Тут и купцы подтянулись, и ремесленники, место ведь хлебное, у моря, а если жить с магами в мире, то безопасное. Однажды случилось почти невиданное – главным некромантом Тантлона стала женщина, и сообщество магов быстро переименовали в Темную гильдию. Возглавлять гильдию Устрашающих дамочке не понравилось. После главными снова становились мужчины, но обратно свою контору переименовывать не стали.
– То есть в одной крепости собралась целая толпа некромантов? – не поверила девушка.
По ее представлениям, темные маги должны быть законченными индивидуалистами, склонными к отдельному проживанию где-нибудь глубоко под землей или высоко в горах, где свидетелей поменьше.
– У них на редкость четкая иерархия, порядок…– уверил эльф.
– Я не об этом. Что ж они, такие темные и могучие, не бросились всей толпой мир захватывать? Владели бы уже и троном Светозарной империи, и еще чем-нибудь!
Арман усмехнулся:
– Ты плохо представляешь себе магию мертвых. Думаешь, если некромант – так обязательно непобедимый? Ничего подобного, самая обыкновенная магия, только источник силы специфический. А силы у некроманта не больше, чем у других магов. Бывают способные, бывают средненькие, а то и вовсе бездари. Если бы они на Светозарную империю полезли, им бы и безо всякой темной силы настучали так, что мало не покажется. Умный некромант – живой некромант, вот как они рассуждают.
– Логично.
– За пять с лишним тысяч лет все утряслось, теперь Тантлон – богатый торговый город с немалыми земельными владениями и войском. Темные маги хранят нейтралитет, ни на кого не нападают, их тоже не трогают. Многим, включая императора Феликса, их дела не по нраву, но некоторым нравится, спрос на услуги есть всегда.
– И что, все некроманты вашего мира сползлись в этот уютный, сырой и темный городок? Удобно, можно разделаться со всеми сразу… – задумчиво прикинула Настя.
– Знаешь, иногда я тебя боюсь, – хмыкнул эльф, – тебе-то они что плохого сделали?
– Ничего, я просто отрабатываю варианты. По привычке, ничего личного.
Арман усмехнулся и продолжил рассказ:
– Сползлись, как ты изволила выразиться, не все. Есть "вольные стрелки", живут себе среди людей, зарабатывают, кто как может. Не всем нравятся правила Темной гильдии, а некоторых, хочешь верь – хочешь нет, с души воротит от товара, который в Тантлоне самый главный.
– Какой товар?
– А ты еще не слышала? Посмертные рабы, конечно.
– Это как? – опешила девушка.
– А вот так. Угадай, какое желание пропадает первым, если живешь в богатом городе, где полно всяких увеселительных заведений, роскоши и утех?
– Платить налоги?
– Работать! А с налогами в Тантлоне строго, за неуплату могут и самого в раба превратить. Так вот, однажды некоему умнику, имя которого выбито на золоченой доске у главной городской площади, пришла в голову мысль – если он, некромант, может поднять покойника и заставить его выполнять команды, то отчего бы не приказать безответному зомби вынести, например, ночной горшок? Или подмести пол, наколоть дрова, перетаскать тюки с товаром… Так все и началось. Сначала на двигающихся мертвяков некроманты переложили всю грязную и тяжелую работу. Городские обыватели при виде эдакого новшества пофыркали брезгливо, потом задумались, потом и сами расхотели чистить выгребные ямы. А потом некроманты поняли, что нашли золотую жилу. Были заброшены боевые заклинания, древние тайны темного дела, осталось главное – создавать все более качественных, покорных, не отвратительных с виду рабов.
– Угу, – только и нашла, что сказать, Настя, – я понимаю, чужая страна, чужие нравы, может, у них это в порядке вещей, но… Где они берут материал? Неужели кто-то захочет переделать любимого покойного родственника в машину для чистки сортиров?
– Смотришь в корень, – кивнул Арман, – это серьезная проблема. То есть, конечно, есть законные "источники сырья". В посмертное рабство обращают преступников, приговоренных к казни. Некоторые сами, еще при жизни, продают свой будущий труп дельцам из Темной гильдии. Особенно ценятся молодые и красивые жертвы несчастных случаев. Новенькому мертвяку наружность подправят так, что никакая родня не узнает, и сразу на рынок.
– Гадость какая!
– Это еще что. Мастерство некромантов Тантлона так велико, что зомби у них получаются отличного вида, что-то вроде манекенов из ваших магазинов, только больше на людей похожи. Цвет кожи, и все такое прочее… Кормить не надо, естественных потребностей никаких, на шею им вешают особый амулет, который отвечает за подпитку энергией, и за полное повиновение хозяину. В общем, если всю жизнь живешь по соседству с такими созданиями, избавляешься от многих предрассудков.
– В каком смысле? – не поняла девушка.
– В том самом. Нет, такие любители встречается редко, но все же есть там один веселый дом, где девушки… ну, в общем…