– Нет. Этот голос, он заставляет меня… ну, думать, что ли. Размышлять, что со мной происходит. И с детьми. Звучит безумно, но похоже… похоже, будто бы он пытается помочь.
– А этот голос – какой он? – спросил Том.
– Ну, мужской вроде как. Голос пожилого мужчины. Звучный и…
– Это мастер Бенедикт!
Мой учитель?
– Правда?
– Да! – На Тома снизошло облегчение. – Он любит тебя. И присматривает. И ни за что тебя не бросит.
Это правда? – мысленно спросил я. – Вы мастер Бенедикт?
Да, – отозвался Голос.
Но тогда почему не сказали, кто вы? И почему не объяснили, кто я?
Однако ответа не последовало.
Когда я рассказал Тому правду, на душе стало гораздо легче. Но я по-прежнему понятия не имел, что с этим делать и как вернуть утерянную память. Я просмотрел книги мастера Бенедикта о ядах. Некоторые действительно могли свести с ума, но я не нашёл ничего, что объясняло бы моё состояние.
Я снова прочитал письмо, и один отрывок притянул моё внимание, словно свет маяка. Я постучался в комнату Салли и позвал её к нам.
– Взгляни-ка на это.
Я намерен сделать с тобой то, что должен был сделать с твоим учителем ещё много лет назад: я заставлю тебя страдать. Буду отнимать у тебя всё, что ты любишь, – одно за другим, пока не останемся только мы с тобой. И когда я оберу тебя дочиста, ты поймёшь.
– Именно это и сделал Ворон, – сказал я. – Забрал мои воспоминания, а вместе с ними – всё, что я люблю.
Том вздрогнул при этих словах. На лице же Салли отразилось сомнение.
– В письме говорилось, что он явится за тобой не сразу. Прошло всего три недели, как мы покинули Париж.
– Значит, он солгал, – сказал Том.
Он стирал в лохани одежду Крохи, пытаясь вымыть из неё хотя бы часть грязи. Сама же Кроха, завернувшись в одеяло, играла с Бриджит.
– Ворон – обманщик, – настаивал Том.
Салли покачала головой:
– В письме он ни разу не солгал. Даже рассказал то, чего мы не знали. Когда он придёт за тобой, – обернулась она ко мне, – я думаю, ты это поймёшь. Он хочет, чтобы ты понял.
– Может, он уже приходил? В моих снах?
– Это чёрная магия! – вставил Том.
Тут Салли не нашлась, что ответить.
– Ворон пишет, что оставил мне подсказку. Я её нашёл? – спросил я.
– Ты думал, что да.
Салли развязала кожаный мешочек, который лежал в сундучке из вишнёвого дерева, и вытащила две вещицы – золотую монету и птичье перо цвета соли с перцем. Я посмотрел на Бриджит, сидевшую на руках у Крохи.
– Голубиное перо? Это и есть подсказка Ворона?
– Ты нашёл его в кровати Марина Шателена, когда унесли тело, – объяснила Салли. – Перо было спрятано между перинами.
– И что это означало?
Она пожала плечами:
– Ты так и не сумел понять.
Я повертел перо, рассматривая его. Оно могло принадлежать Бриджит, но с тем же успехом – и любому другому голубю подобного окраса. Я не видел в нём ничего необычного – перо как перо.
А вот что касается монеты, она была необычной, о да. Монета, изготовленная более пятисот лет назад… Baldvinus Rex de Ierusalem – гласила надпись на ней. «Балдуин, король Иерусалимский». Именно он своим указом основал орден тамплиеров. В центре монеты был вычеканен равносторонний крест с расширяющимися концами – крест тамплиеров.
– Это то, что я думаю? – спросил я.
Том кивнул:
– Подарок от тамплиеров. Признание твоих заслуг перед ними.
– Монета что-нибудь значит?
– Думаю, она значит, что тамплиеры – твои союзники. Наверное, её можно использовать, чтобы попросить о помощи.
Да уж, помощь мне бы сейчас не помешала.
– И как мне с ними связаться?
– Понятия не имею. Они скрываются и всё делают втайне.
– Тогда какой смысл в этой монете?
Том пожал плечами. У Салли был задумчивый вид.
– Если нужна помощь, – сказала она, – как насчёт лорда Эшкомба? Ты можешь ему написать и сообщить, что с тобой случилось.
Том пришёл в ужас:
– Так нельзя!
– Почему бы нет?
– Он приближённый короля! Мы не имеем права!
– Конечно имеем, – сказала Салли. – Он отправил нас в Париж. Он позволил Кристоферу воспользоваться его именем. И заботился о нём. Если кто и имеет право, так это мы.
Я не был столь уверен. И уж точно – не знал, чем может помочь лорд Эшкомб.
– Он не вернёт мне потерянную память, – сказал я.
– Да, но он может отправить карету, которая доставит нас в Лондон, когда мы разберёмся с делами здесь. Вдобавок он, вероятно, думает, что ты погиб. Надо бы дать ему знать, что это не так.