– Да, – кивнул сэр Эдмунд. В его голосе слышалось облегчение. – Фаланга пальца святого Бенедикта, покровителя демоноборцев. Самое ценное из всего, что у меня есть.
Я поднял голову и увидел, что Альваро наконец-то расслабился. Теперь я понял, что сделал сэр Эдмунд.
– Вы меня проверяли. Специально дали мне кость.
– Зачастую зло не может прикоснуться к святому предмету. – Дарси взял у меня фалангу и положил её обратно в мешочек. – Прошу прощения, барон. Я не хотел никого оскорбить. Но вы явно не знаете об опасности, которой себя подвергли, когда копировали эту надпись.
– Я не знал, что это.
– Не имеет значения. Злу проще всего овладеть человеком исподволь, прячась в тени. – Он жестом предложил нам сесть. – Как та ведьма в лесу на юге.
– Вы имеете в виду Сибил О’Мэлли? – спросил я.
– А вы о ней знаете?
– Я был в её хижине.
На лице Дарси отразился ужас.
– Зачем вы туда пошли?
После их реакции на кровавую надпись я уж конечно не собирался говорить, что потерял память.
– Я расследовал исчезновение детей. Один человек в Ситоне заявил, что в этом виновата Сибил.
– Вполне вероятно. Маленькие дети часто становятся жертвами ведьм. Их кровь используется в тёмной магии. А их жир – компонент мази, позволяющей летать. – Он поёрзал в кресле. – Вы упомянули Белую даму. Союз между ними полезен им обеим. Сибил О’Мэлли получает тело. Белая дама забирает душу.
При этой мысли я вздрогнул.
– Сибил уверяет, что она тут ни при чём. И что она даже не ведьма.
– И вы ей верите? Милорд…
– Говорите прямо, сэр Эдмунд.
Он так и сделал.
– Вы ничего не знаете о силах, которые пытаетесь исследовать. Возможно, ваш дед обучил вас боевым искусствам, но они полезны только против смертных врагов. А сейчас вы имеете дело с миром духов. Даже тысяча шпаг не защитят вас от них. Мы с Альваро много лет сражались с ними и едва не погибли. У вас благородная цель, но, простите меня, ваша наивность может дорого вам обойтись. Вы рискуете не только жизнью, но и своей бессмертной душой. Думать, что Сибил невиновна, – абсурд.
Теперь я уже не был уверен, что готов её защищать.
– Вы помните Роберта Драйдена? – спросил я.
– Драйдена? О да. Он пришёл за помощью, когда заболели его коровы. Или что-то в этом роде. Я дал ему немного денег.
– Он уверяет, что Сибил использует только белую магию и помогает людям.
Альваро усмехнулся.
– Со всем уважением, милорд, – сказал сэр Эдмунд, – но что вы в этом смыслите? Вся магия чёрная. Эти силы развращают душу. Простые люди часто обращаются к ведьмам, считая их просто «ведуньями». И это даёт им возможность использовать магию с позволения жертвы. В конце концов, она обращается против тебя.
Я вспомнил слова Сибил – горькие слова. «Они приходят ко мне за помощью, когда болезнь разъедает их тела, и жаждут моей крови, когда гниль сжирает урожай».
– Роберт Драйден, – продолжал сэр Эдмунд, – может, и не хотел ничего дурного, но он подвергает опасности свою душу. Я годами охотился на ведьм. Учился у самого Мэтью Хопкинса – генерала всех охотников. Ведьмы очень коварны и очень хитры.
– Я слышала о процессах ведьм, – сказала Салли. – Многие обвинения были признаны ложными, разве не так?
– Большинство. Вот почему бороться с ведьмами так сложно. Ведьмовство трудно доказать. Иногда испуганные люди путают с чёрной магией самые обыкновенные вещи. А бывают негодяи, которые используют процессы, чтобы разделаться со своими обидчиками. Перед кромвелевской смутой состоялась тысяча процессов. И на пятистах из них ведьм осудили. Я считаю, что в половине случаев – если не больше – приговор был несправедливым.
– Но тогда… получается, что погибли сотни невинных женщин.
– Не только женщин. Многие из осуждённых были мужчинами. Но да, я думаю, что тогда казнили сотни невинных.
Лицо Салли потемнело. Сэр Эдмунд поднял руку:
– Я разделяю ваш гнев, миледи. Очень многие из обвинителей не имели ни знаний, ни навыков охотников. Но даю вам слово: когда я присутствовал на процессах, никого не казнили напрасно. Я расследовал сорок семь случаев, и лишь одиннадцать человек действительно были слугами зла. Гораздо меньше, чем у других охотников.
– И что с ними сталось?
– Их повесили, разумеется.
– А как вы узнали, что они виновны?
– У меня есть надёжный способ это определить.
– Бросить кость на ладонь? – спросил я.
Дарси покраснел.
– Нет, милорд. Гораздо более верный. Дайте мне минутку, и я вам покажу.