Сибил пристально посмотрела на меня:
– С чего вы взяли?
– Нет вообще никаких следов, – объяснил я. – Похититель ходит по ручью, но как насчёт детей? Ведь их следы тоже пропадают. Это значит, что он их не преследовал. Дети просто подходят к реке, когда он их зовёт. Они не пошли бы к незнакомцу. Стало быть, знают его. – Я вздохнул. – Думаю, это Джулиан Дарси.
На лице Сибил отразилось изумление. Такого она не ожидала.
– Почему вы так решили?
Я рассказал ей о ловушке, которую устроили нам утром.
– Мы не видели лица лучника, но по телосложению он был похож на Джулиана. И он охотник. Умеет пользоваться луком.
– Многие умеют. Это не доказательство.
– Верно. Но только Джулиан знал, что мы идём в Хук-Реддейл.
Я поведал Сибил, что произошло в поместье Дарси.
– Сэр Эдмунд не сказал мне, где находится деревня. Его друг Альваро отказался туда идти. Джулиан пытался предупредить меня об опасности, и я сперва решил, что он тоже боится Белой дамы. Но думаю, он просто стремился помешать нам выяснить, что никакой Белой дамы не существует. Пытался убедить меня прекратить расследование. А когда понял, что я не отступлюсь, сказал, где Хук-Реддейл. Но не для того, чтобы помочь. Он решил устроить там ловушку. И это ещё не всё. Та кровавая надпись, которую я нашёл, – сэр Эдмунд и Альваро знали, что она значит. И неудивительно: они были охотниками на ведьм и изучали подобные вещи. Но дело в том, что Джулиан тоже знал. Ещё до того, как его отец рассказал о надписи, Джулиан отвернулся. Я думал: он боится. Но теперь понимаю, что ему просто стало стыдно.
Сибил покачала головой:
– Возможно, не только Джулиан знал, что вы идёте в Хук-Реддейл? Он мог пойти и всё рассказать отцу.
– Да, – сказал я. – Но на нас напал не сэр Эдмунд. Подагра не позволяет ему выйти из дома. И это был не Альваро – он гораздо выше того лучника.
Она нахмурилась:
– Кто такой этот Альваро?
– Альваро Ариас. Старый друг сэра Эдмунда. Был его помощником, когда они охотились на ведьм.
Лицо Сибил потемнело. Она сплюнула. Слюна была алой от крови.
– Ты не знала, – сказал я.
– Я никогда не встречала этого человека.
– Я не об Альваро. О сэре Эдмунде. Ты не знала, что у него подагра.
Сибил не ответила. И последний кусок головоломки встал на место.
– Всё это время ты подозревала его, – проговорил я. – Вот почему сказала, что только мне по силам спасти детей. И не потому, что я хорошо разгадываю загадки. Я единственный здесь, кто выше баронета по статусу. И только я мог привлечь его к ответственности.
Сибил гордо и вызывающе улыбнулась.
– Я знала, что только вы сумеете. Вы нездешний, вас не сжирает этот страх перед Белой дамой. Вы можете противостоять ей – и Эдмунду Дарси тоже. Когда я увидела, что вы уже начали разгадывать загадку, нашли кровавые символы, догадались о надписи… я поняла, что вы справитесь. Ибо за всем этим стоит Эдмунд Дарси. Наверняка.
Сибил закашлялась. Её тело скрутило судорогой. Мы подались вперёд, чтобы помочь ей, но ничего не могли поделать. Она с трудом, рывками втягивала воздух, и что-то булькало у неё в горле. Наконец Сибил продышалась.
– Вы ошибаетесь насчёт Джулиана, – сказала она.
– Никто другой не мог…
Сибил вскинула руку:
– Я не говорю, что он не замешан. Хотя если и да, то не так, как вы думаете. – Она снова закашлялась. – Я знаю мальчика. Он невеликого ума, и в голове у него каша. Но он не злой. И очень хочет быть «хорошим». Не в смысле – хорошим человеком. А кем-то вроде героев древности, таких, как рыцари короля Артура. Если Джулиан и впрямь причастен к исчезновению детей, я уверена: он лишь исполняет приказы своего отца. Дарси каким-то образом убедил сына, что это благородное дело.
Том насупился:
– Как похищение детей может быть благородным делом?
– Не знаю, – сказала Сибил. – Спросите баронета.
– Почему ты так уверена, что это сэр Эдмунд? – спросил я.
– Я знаю этого человека. Он мошенник и убийца.
– С чего ты взяла? – настаивал я.
– Он убил мою дочь, – проговорила Сибил.
И хотя в хижине без того было зябко, холод охватил меня с новой силой, пронзив до костей.
– Эдмунд Дарси не из Девоншира, – сказала Сибил. – Он жил в Эссексе. И я тоже там поселилась, когда вышла замуж. Мой муж, упокой Господи его душу, умер от чумы, когда в тридцать шестом году началась эпидемия. Но до того у нас с ним родилась дочь. Её звали Элисон. О, барон… она была красива. Прекрасна и нежна, как весеннее солнце…