— Мне кажется, — с расстановкой произнесла я. — Что при размахе ваших крыльев не престало беспокоиться о каких-то целительницах. Должно быть серьезное основание для такой неуверенности в себе.
Очень хотелось напомнить, что она едва избежала обвинения в покушении на Альвета и Тиля. И что это — не самый умный ход со стороны дамы, которая метит в королевы.
Взгляд маркизы стал ненавидящим, но лишь на мгновение.
— Да вы на нее только посмотрите! — возмутилась Мейла. — Ни рожи, ни кожи, а думает, что может кого угодно окрутить. Только подумайте, вчера ее видели в неурочный час в королевском саду вместе с Каем Браном! Променяла Верса Плантаго на самого королевского телохранителя.
— Или не променяла? — хмыкнул кто-то еще, и у меня перед глазами потемнело. Должно быть, я тоже не уследила за своим лицом, потому что фыркающая стая довольно смолкла. Как оказалось, лишь для того, чтобы дать слово предводительнице.
— Если сознаешь свое положение и разницу между нами, — произнесла Элвин внезапно ласковым голосом, — должна понимать, что защитить тебя тут некому. Мужчины тобой только воспользуются. Так что лучше тебе со мной дружить, тогда я в долгу не останусь. Помогу подобрать достойного мужа… в обмен на кое-какие сведения, которые будут поступать ко мне раньше, чем к остальным…
Тут маркиза смолкла.
— Доброго вечера, милые дамы! — произнес Кайлен Бран. — Мне послышалось или в столь прекрасном обществе недавно прозвучало мое скромнее имя?
Он был сам на себя не похож, этот слащавый граф, который сейчас подошел к нам. Зато придворные дамы радостно захихикали, несмотря на то, что им четко дали понять: Кайлен слышал нелицеприятное мнение о вольном поведении короля и его самого…
— О, граф Бран! Какая приятная встреча, — проворковала Мейла. — Скажите, как самочувствие господина Лаверна?
— Моему брату уже лучше, — отчеканил Кайлен, и Мейла прикусила губу от досады: слишком явное недовольство скользнуло в его тоне.
— К сожалению, не могу сказать, что тоже рад видеть вас всех в столь поздний час здесь, так близко от королевского крыла, — продолжил граф, вновь возвращаясь к легкому игривому тону. — Прошу вас разойтись по своим комнатам, чтобы ночная стража могла спокойно нести службу, не отвлекаясь на прекрасные видения в дворцовых окнах.
И снова хихиканье.
— Вы правы, граф, мы слишком припозднились, — признала маркиза Элвин. — Милочка, вы ведь проводите меня.
— Вынужден похитить Регину у вас, — коротко сказал Кайлен с непроницаемым выражением. — Она на королевской службе и ей надлежит вернуться к своим обязанностям.
Маркиза скользнула по мне задумчивым взглядом.
— Что же, в таком случае мы завершим наш разговор позже.
Кайлен смотрел на меня внимательно и спокойно, без тени злости. Я поймала себя на том, что невольно сравниваю его с Версом, который не постеснялся бы отругать меня за нарушение правил.
— Его Величество вызвал меня к себе, — неловко сказала я.
— Вот как? — граф кивнул. — Верс там?
— Да.
— Хорошо. Провожу тебя до комнаты. С них станется подождать где-нибудь неподалеку.
— Это совсем не обязательно! — воспротивилась я. Кайлен решительно взмахнул рукой, отметая мои возражения.
— Боишься слухов? — напрямик спросил он, в очередной раз не стесняясь показать, что успел услышать достаточно. При этом он по-прежнему не выказывал пренебрежения или иронии. Он был слишком молод, но при этом очень хорошо научился скрывать свои собственные чувства. Должно быть, телохранителю короля не престало отвлекаться на такие мелочи…
Я задумалась над вопросом.
— Полагаю, госпоже маркизе не будет выгоды от того, что она меня ославит… Для прочих это будет свидетельством, что король неудовлетворен и ищет новую любовницу.
Кайлен выгнул бровь и заинтересованно уставился на меня.
— Но ведь у короля вполне может быть несколько любовниц, — заметил он весело. Я не стала перечить.
— Таких слухов молва не доносила. А все новое — привлекает внимание… нам действительно стоит обсуждать это в коридоре?
Кайлен со всей серьезностью кивнул:
— Да уж конечно, со стороны твои рассуждения звучат возмутительно. Подумать только, слухи о связи с королем не тешат ее достоинства! — должно быть, выражение лица у меня сделалось красноречивое, потому что он тихо рассмеялся. — Прости-прости, ты так здраво рассуждала, что я не удержался. Идем! Не беспокойся, слухи о моем интересе пойдут тебе на пользу. Глядишь, поменьше будут соваться.