Я ненадолго замерла у лестничного пролета. Ступени утопали во тьме, которая дышала ледяным холодом. Я не рискнула спуститься вниз. Мне вдруг подумалось, что никто не может жить там, внизу. Я уже совершенно не была уверена, что действительно слышала крик. Также как не была уверена в том, что меня кто-то позвал, когда я была здесь в прошлый раз.
Я поставила ногу на первую ступень. Темнота будто затаилась в ожидании. Что-то происходит в этой башне. Что-то…
— Регина? — раздалось за моей спиной. Я вцепилась в перила, потому что мне показалось, будто я сейчас ухну вниз.
Рядом со мной стоял Верс и смотрел знакомым тяжелым взглядом.
— Мне показалось… — начала я, — я слышала…
— Слышала? — его брови поползли вверх.
— Что там внизу? — спросила я. Верс посмотрел мимо меня на лестницу, словно только сейчас ее увидел. Нахмурился, молча протянул мне руку и ждал, пока я не вложу свою ладонь в его. Он отвернулся и от меня и пошел к дверям. А я последовала за ним, потому что теперь мне ничего не оставалось. Мы прошли половину длинного коридора прежде, чем Верс остановился, развернулся, схватил меня за плечи.
— Не задавай глупых вопросов, — сказал он. — И не лезь не в свое дело.
— Но Верс, я слышала…
— Ты не могла ничего слышать. В башне живет только королева. Туда никто не может попасть без ее ведома. Там были только она и ты.
— Нет! — возразила я. — Там была девушка.
— Девушка?
— Да. Фрейлина, должно быть. Она довела меня до дверей.
— Она с тобой говорила? — резко оборвал Плантаго.
— Нет, но…
Маг хмыкнул.
— Быть может, это был призрак такой же любопытной девицы, который хотел предупредить, чтобы ты не болтала ерунды? — поинтересовался он. — Когда ты пыталась сброситься с лестницы, тоже что-то услышала?
— Да! — с вызовом подтвердила я. — И я просто оступилась…
— И что это было? — снова прервал он, повышая голос.
— Кто-то позвал меня.
Верс вдруг оттолкнул меня от себя.
— Да ты просто перетрусила, Регина Линнель! — сообщил он. — Сквозняки сыграли с тобой злую шутку. Я тоже был там. Никто тебя не звал. А такими историями ты лишь привлекаешь к себе ненужное внимание!
Он покачнулся и уперся ладонью в стену.
— Ты опять принимал пыльцу, — заметила я.
— Я сказал тебе не задавать глупых вопросов.
— Это не вопрос.
Мы смотрели друг на друга достаточно долго прежде, чем Верс поморщился и, потерев пальцами переносицу, вздохнул:
— Я исполнял королевский приказ. Поиски затянулись, мне пришлось много магичить.
Я удивленно молчала. Я вовсе не ждала, что Верс начнет мне что-то объяснять. Слова вырвались сами собой, хотя я прекрасно отдавала себе отчет в том, что может последовать дальше.
Верс ухмыльнулся и язвительно заметил:
— Непохоже, чтобы башня тебя слишком уж пугала. По-моему, тебе здесь так нравится, что ты не хочешь уходить.
— Ты сам меня остановил.
— Ничего подобного. Иди куда шла.
И пошел рядом. Я смолчала. Коридор пока вел прямо и не предлагал никаких возможностей разойтись в стороны.
— Ее Величество сказала, что ты превысил свои полномочия, угрожая мне смертью, — произнесла я.
Верс коротко и зло рассмеялся.
— Что же, может, я должен перед тобой извиниться?
— А по-твоему, ты поступал правильно? Когда запугивал и унижал, ничего не объяснив. Быть может, тебе стоило для начала хотя бы объяснить, в чем моя вина, а не тащить сразу на дыбу?!
— Тебе разве не зачитали обвинение? — отозвался Верс с усмешкой. — Бумага у меня, там значится смертный приговор.
— У тебя было задание привезти меня в столицу! Ты допустил то, что случилось на допросе лишь потому, что тебе так хотелось! — вырвалось у меня. Я остановилась и Верс остановился тоже, с усмешкой выслушивая мои претензии.
— Быть может, мне еще и за метку извиниться? — с каким-то странным выражением, будто снова на что-то намекал, спросил он.
Я вздохнула. Вспышка гнева была бессмысленной. Если Верс ничего не объяснял раньше, то теперь не расскажет и подавно. Как он сказал, когда мы были в его доме? Что раз я ничего не помню, то лучше мне оставаться в неведении и дальше? Если по его мнению этого достаточно…
Я уже собиралась извиниться и уйти, но тут Верс вдруг сказал:
— Тебя вообще не должны были допрашивать. Наверное, я должен был угадать, что дознаватель проявит рвение в попытке выслужиться. Но я пришел слишком поздно.
Я уставилась на него.
— По-твоему, за это тоже не стоит извиняться?
— Разве это что-нибудь изменит? — удивился он.