– Это надо сделать мне, – заявляет Рекс. – Я с ней поговорю. Беру это на себя. Объясню, что сначала ты отказалась, но я тебя уломал. Злодеем стану я. Не возража…
– Нет! – Луиза почти кричит. – Нет, нет, с ней я поговорю. Когда она вернется домой.
– Уверена?
– Уверена.
– А можно я подожду на улице?
– Все обойдется, я сама, – отвечает она.
– Послушай… если тебе надо где-то пару дней пожить…
– Что?
– Типа, если тебе потребуется. В смысле… это студия, ты же видишь. Не очень развернешься. Но у меня есть два комплекта ключей.
Он целует ее пальцы, словно она какая-то драгоценность.
И вот тут Луизу осеняет.
Эта часть была бы настоящей, как бы все ни повернулось.
Если бы она позвонила ему из «МС» – в слезах, в истерике – все бы произошло точно так же. Он бы ее целовал. Он бы отвез ее к себе. Он бы позволил ей остаться.
Лавиния умерла ни за что.
– Что такое? – удивляется Рекс.
Луиза не может унять смех.
По ее щекам текут слезы, а она по-прежнему не может унять смех.
Домой от Рекса Луиза едет на автобусе. Поверх ее топика в блестках и юбки надет его спортивный свитер с логотипом Колумбийского университета. Она долго и медленно едет по Первой авеню, но Луизе все равно. Когда она доберется до дома, там ее встретит труп в ванне и ей придется решать, как убить Лавинию.
На улице лето. Светит солнце, небо неподражаемо голубого цвета, и если бы не труп в ванне, Луиза была бы почти счастлива.
Вечно так продолжаться не может.
И Луиза это знает.
Ей придется найти способ убить Лавинию. Ей придется убраться из города, прежде чем все поймут, что чем бы грабитель ни размозжил ей голову – это уж точно не раковиной из ночного клуба на Кристи-стрит. У нее и так нет денег – как только заблокируют карточки Лавинии, она останется ни с чем, поскольку у нее больше нет ни Пола, ни «ГлаЗама», ни бара, и уж точно нет работы подавальщицей в «МС». Но все же – сколько стоит билет в один конец обратно в Девоншир?
Она включает телефон Лавинии.
Сорок три лайка в «Фейсбуке» на ее селфи с Мими.
Двенадцать сообщений от Мими. Сообщение в «Фейсбуке» от Беовульфа Мармонта с приглашением что-нибудь выпить (оно, как замечает Луиза, странным образом напоминает его сообщения в «Фейсбуке» ей с приглашением что-нибудь выпить).
Электронное письмо от Корделии о предстоящем экзамене по истории в летней школе.
Луиза проверяет свой телефон.
И тут, когда автобус проезжает Семьдесят первую улицу, сообщение от Рекса.
Буду сегодня думать о тебе, пишет он. Удачи, что бы ни случилось.
И Луиза думает: если только, если только, если только.
А какая-то ее маленькая частичка думает: а что, если?
Запах гораздо хуже, чем она ожидает.
Она уверена, что перед уходом вспомнила, что надо закрыть Лавинии глаза, но та лежит в ванне, глаза у нее открыты, они остекленели и смотрят прямо на нее.
Луиза какое-то время сидит на унитазе и глядит на тело.
Раньше она никогда не видела трупов, но предполагала, что он будет больше похож на мертвое тело, чем сейчас. Он просто похож на Лавинию, только чуть меньше, словно кто-то сделал бутафорскую Лавинию для пьесы.
Луиза открывает браузер с анонимайзером (она смотрит «Закон и порядок» и знает, что первым делом проверяют журнал поисковой системы).
Она «гуглит» по фразе «что мне делать с мертвым телом».
Вообще-то, она не ждет полезных ответов, но все-таки просматривает результаты, потому что ей в голову не приходит, что же еще делать.
Выясняется, что когда-то группа хакеров «Городские лисы» смеха ради составила на эту тему списковый файл. Оказывается, в канале Гованус множество трупов.
При мысли об этом Луиза ничуть не удивляется.
Луиза продолжает оставаться очень, очень, очень спокойной.
Она прикидывает остающиеся у нее варианты.
У нее есть шестьдесят четыре доллара. У нее есть комплект ключей. У нее есть водительские права.
У нее есть банковская карточка с ПИН-кодом 1-6-1-4 и сто тысяч долларов на ней. Но сейчас она о ней думать не может.
Луиза может поздним вечером бросить Лавинию где-нибудь в парке (та не возвращается, ей так и не удается найти Лавинию, кто-то находит Лавинию на «Овечьем лугу» в Центральном парке, она возвращается к Рексу расстроенной, очень расстроенной, что не нашла Лавинию). Может, это ограбление. Может, возможно, это самоубийство (может, ее найдут на водном велосипеде на озере в Центральном парке, как Офелию, чего она всегда хотела). Она может бросить Лавинию в каком-нибудь переулке.