– Вот и поделом ей, – улыбается Корделия. – Рекс прилетел сюда на крыльях – а она даже и не узнает! Вы ведь сдержали слово, да? Вы ей не рассказали.
– Не рассказала.
– Это хорошо. И не надо.
Корделия подходит к шкафу. Перебирает вещи Лавинии.
– Я буду очень вежлива с ними обоими, – произносит она.
Прости, пишет Луиза Рексу.
Я просто не могла оставить ее одну.
Рекс ставит «Прочитано». Не отвечает.
Мы все-таки сможем повеселиться! Придется быть поосторожнее, вот и всё.
Эмотикон покрасневшей лошади Пржевальского.
Она видит на экране эллипсы, означающие, что он что-то печатает. Они вращаются пять минут.
О’кей.
Вот и весь ответ.
Луиза делает Корделии макияж.
Она показывает Корделии, как распрямить волосы, как сделать из буйной копны кудряшек что-то гладкое и аккуратное. Она обучает ее пользоваться карандашом для губ, чтобы помада легла точно в контуры рта. Она оттеняет глаза Корделии тушью для ресниц (какие же они голубые, думает она). Красит ей губы помадой Лавинии.
Помогает Корделии выбрать платье.
Корделия щупает пальцами красное шелковое платье с косым вырезом.
– Вот это, вы думаете? – Она осекается. – Нет, нельзя.
– Это почему же?
– У меня грудь слишком маленькая. И я выгляжу просто смешно. – Она усаживается на кровать. – Какая же глупость – вам надо идти без меня.
– Нет, нет – тебе нужно пойти!
Луиза даже не понимает, почему это имеет значение.
– Я буду выглядеть полной дурой! – упрямится Корделия. – Я… Я даже не знаю, как надо стоять.
– Я тебе покажу, – обещает Луиза. – Для начала надевай платье.
Корделия соглашается.
Оно длинное и свободно висит на ней.
– Прямо как палатка.
– Ты стоишь неправильно, – говорит Луиза. – Нужно, ну, типа, позировать. Выгни немного спину – вот так, хорошо.
– Такое ощущение, что я кобра.
– Это значит, что ты все правильно делаешь. И когда улыбаешься, выставляй за зубы язык.
– Зачем?
– Это заставляет тебя улыбаться глазами.
Корделия недоверчиво смотрит на Луизу.
– Так улыбка лучше на фотографиях получается.
Ресницы у Корделии такие темные, когда подрагивают.
– А вы меня сфотографируете? В смысле… я не хочу выкладывать фотку или что-то в этом роде. Просто… оставлю ее себе, ладно?
Луиза щелкает телефоном. Показывает фото Корделии.
– Я выгляжу посмешищем, – заявляет Корделия.
На самом деле Корделия выглядит красавицей.
– Вы ее мне вышлете? – спрашивает Корделия.
Они берут такси и едут в Йельский клуб. Луиза расплачивается.
На текущем счете у нее 402 доллара 63 цента.
Когда они подъезжают, Хэл уже на месте. Он курит сигару на лестнице. Рядом с ним – Беовульф и Гевин.
Заметив их, он очень внимательно вглядывается в их лица.
– Я слышал, что ты в Нью-Йорке. – Он рассматривает Корделию. – И уж конечно доставляешь всем неприятности, верно?
– Рада снова вас видеть, Генри, – отвечает Корделия. – Много времени прошло.
Она жмет ему руку.
– В последний раз, когда мы виделись, у тебя были пластинки на зубах.
– В последний раз, когда мы виделись, вы были худым.
Хэл расплывается в улыбке.
– Тебе пить-то можно?
– Только в Нью-Гэмпшире.
– Вот досада.
– Нет, – возражает Корделия. У нее чуть дергаются губы. – Не совсем.
Затем продолжает:
– Вы – сын Генри Апчерча.
– За грехи мои.
– А это как?
– Прочитай его книги. – Хэл пыхает сигарой. – Они тебе все расскажут.
– Я читала его книги, – говорит Корделия. – Мне показалось, что «Поезд причуд» – это банальщина, а все герои «Умирающей осени» слишком легко искупают свои грехи.
Луиза прикусывает губу, чтобы Хэл не заметил ее улыбки.
– Да будет вам известно, милая девушка, – заявляет Хэл, – что Генри Апчерч – величайший американский писатель за последние полвека.
– Не переживайте, – обращается Хэл к Луизе, когда Корделия сдает пальто в гардероб. – Меня уже оповестили. Я стану вести себя хорошо. – Он подает ей бокал. – Если хотите знать, похоже, нас ждут большие неприятности.
– Нет, не хочу знать, – отвечает Луиза.
Хэл протягивает руку и хватает Рекса за локоть.
– Так, а вы знакомы? – Хэл чуть сдвигает язык за щеку. – Или мне вас нужно представлять?
– Хэл, не надо…
Луиза легонько сжимает локоть Рекса, чувствуя себя при этом такой жалкой. Рекс улыбается, а может, кривится.
Их замечает Корделия.
Она неторопливо подходит к ним, чуть покачиваясь на высоких каблуках Лавинии.
– Привет, Рекс, – произносит она низким голосом.