Все это выглядело ужасно нелепо, но я была очень благодарна Клитии за то, что она внимательно меня выслушала и восприняла мой рассказ всерьез, а не отмахнулась от него как от плода моего воображения.
Кошмар медленно обволакивал мою жизнь. Все это были по большей части мелочи, сущие пустяки. Я клала какую-то вещь на ее законное место, а потом обнаруживала ее вовсе не там, где она должна была находиться. Я пыталась закрывать на это глаза, но это становилось все труднее и труднее.
Клинтон это замечал. Он прозвал меня разиней. Это заметила и Лейла. Теперь она ходила с таким загадочным видом, что я поняла: она опять вспоминает Духа Полной Луны. Селию все это не на шутку беспокоило, хотя она пыталась от меня это скрывать. Что касается меня самой, то я жила в постоянной тревоге. Я допускала даже, что именно тревога заставляет меня совершать многие странные поступки, а потом забывать об этом. Я уже ничего не понимала. Боялась входить в собственную спальню, спрашивая себя, что я там обнаружу на этот раз. Лежа на кровати и отдыхая, я не сводила глаз с двери, ожидая, что она вот-вот распахнется. Клинтон время от времени отлучался по делам, но поскольку теперь со мной была Селия, я оставалась дома, а не переселялась к Клитии, хотя порой очень об этом сожалела. Я чувствовала, что преследующее меня зло притаилось в моем собственном доме.
На плантации Ашингтонов я чувствовала себя лучше. С Клитией я могла разговаривать более откровенно, чем с Селией, но и Клитии от моих рассказов уже становилось не по себе. Что со мной случилось? Иногда мне казалось, что меня заколдовали. Порой мне снились смутные сны, в которых мне чудилось, что я не сплю, и тогда я видела, что по моей спальне двигаются странные фигуры.
Все это начинало сказываться на моем здоровье. Я стала бледной, постепенно теряла вес, а под моими глазами залегли темные круги.
Я пыталась скрыть свое состояние от Клинтона. Такие люди, как он, считали болезни врожденным изъяном. Я знала, что инвалиду не стоит ждать от него сочувствия. Инвалид! Ну нет! Это не обо мне! Просто я стала жертвой какого-то странного… колдовства… как будто на меня наложили заклятие.
Однажды ночью, когда я крепко спала, в моей комнате раздались голоса. Клинтон снова уехал по делам, и по совету Селии я рано легла спать. Лейла приготовила мне теплый напиток, который, по ее утверждению, должен был помочь мне расслабиться. Итак, я провалилась в глубокий сон, от которого меня пробудило, как мне показалось, легкое касание моей щеки. В комнате было темно, но я услышала, как кто-то произнес мое имя: «Сэйра, Сэйра, Дух Полной Луны зовет тебя…»
Усилием воли я стряхнула остатки сна и огляделась. Разумеется, в комнате никого не было. Это был всего лишь сон.
Однажды я вошла в свою комнату и уловила витающий в воздухе легкий аромат сандалового дерева. Меня от него затошнило, и я тут же подумала об Ануле. В ящике стола у меня хранился флакон с подаренным ею маслом. Одна его капля смывала грехи целого года. Я вспомнила, как потешался над этим утверждением Клинтон.
Должно быть, флакон протекает, подумала я, осмотрев пробку. Она была влажной по краям. Я поднесла его к носу. Странный аромат. Экзотический. Восточный.
Вошла Лейла.
— Я слышать запах сандалового дерева, — произнесла она. — Он освящать эту комнату.
— Это масло мне подарила твоя сестра Анула.
В ее глазах засветилось уважение.
— Значит, оно особенно хорошее. Эта комната теперь святое место.
— Я в этом сомневаюсь.
— Это самое важное благовоние, мисси Сэйра. На религиозных праздниках люди отдавать большие деньги за палочки сандалового дерева. Так они пытаться получить покаяние за грехи.
— Похоже, это масло ассоциируется только с грехами.
— О да. Им мазать ноги тех, кто скоро умирать, чтобы, когда они уходить на небо, аромат уходить с ними.
— Очень интересно. Но меня от него тошнит.
— Мисси Сэйра хулить священное масло.
Из-за того что я коснулась протекшего флакона, аромат сандалового дерева остался на моих пальцах Когда я спустилась вниз, Селия тут же его уловила. Я сказала ей, что это масло мне подарила Анула. Она слышала об Ануле и дала мне понять, что эта женщина ей не нравится. После этого я рассказала ей о том, что мне сообщила Лейла относительно священных свойств сандалового дерева.
— Очень странный аромат, — наморщила нос Селия. — Я не могу решить, нравится он мне или нет.
Когда я в следующий раз вошла к себе в комнату, там сильно пахло сандаловым деревом. Мне показалось, им даже занавески пропитались. Это напомнило мне о доме Анулы, и мне отчаянно захотелось проветрить весь дом.