В лицо Северану рванулось облачко то ли песка, то ли пыли. Что это было, маг не успел понять, но резь в глазах и мучительное жжение в горле вынудили его отшатнуться. Тут же он налетел на покрытое инеем кресло, грянулся на пол и завопил от боли. Вопль немедля перешел в приступ судорожного кашля, потому что жжение в горле усилилось.
В глазах у него помутилось. Заходясь кашлем, маг попытался отползти подальше.
Мэрик, однако, всего лишь выпрямился – медленно, с трудом. Внутри шатра все так же неистово завывал ветер, швыряя во все стороны обломки мебели и обрывки книжных страниц. Казалось, сами полотняные стены шатра вот-вот лопнут под его напором. За воем ветра едва слышны были доносившиеся снаружи крики. Они неуклонно приближались. Мэрик с головы до ног был покрыт толстым слоем инея, трещины на лице и руках кровоточили все сильнее. Стиснув зубы, хромая, он побрел к валявшемуся на полу магу.
– И еще один подарок Катриэль, – прохрипел он, борясь с болью. – Она оставила мне письмо. Там было написано, кто ты такой, как тебя найти и что мне понадобится, чтобы одолеть тебя.
В глазах у Северана отчасти прояснилось, и он увидел, что из глаз принца текут слезы, оставляя бороздки на побелевших от инея щеках.
– Ты не уйдешь отсюда живым! – в ярости выкрикнул маг, но принц неумолимо приближался.
Наконец Северану удалось сосредоточиться, и он выбросил перед собой руку, направив ее на Мэрика. Ладонь его окуталась вспышкой пламени…
И пламя погасло. В затылке вспыхнул уже знакомый зуд, и Северан ощутил, как по всему телу расползается онемение.
– Нет! – пронзительно вскрикнул он, сообразив наконец, что сотворил с ним принц.
Мэрик остановился над магом. Рыча от ярости, он обеими руками поднял меч, а затем резко опустил. Острие клинка из драконьей кости ударилось о магическую защиту Северана. Брызнули яркие искры. Маг не был ранен, но корчился от боли, чувствуя, как волшебный меч крушит энергию щита.
Мэрик вновь высоко занес меч, и маг завизжал, обезумев от ужаса. Выставив перед собой ладони, он попытался произнести еще одно заклинание, но было уже поздно. Мэрик опустил клинок. Вспыхнул слепящий свет, и меч, пробив и разрушив магическую защиту, вошел в самое сердце Северана.
Маг хрипло закричал, и боль взорвалась внутри его белым ослепительным огнем.
В голове у него лихорадочно метались обрывки мыслей: «Нет! Не может быть! Это еще не конец! Так не должно быть!» Северан лихорадочно пытался припомнить хоть какое-нибудь заклинание, которое спасло бы его, излечило либо извлекло его дух из тела и сохранило в вечности. Увы, немота сделала его бессильным, и он мог только заходиться в мысленном вопле, чувствуя, как замедляется пульс и из раны по капле вытекает жизнь.
Затем посох выпал из обмякших пальцев, и маг наконец застыл, устремив навеки потрясенный взгляд в пустоту.
Снежная буря внутри шатра исчезла, как будто ее и не было. Остались только иней и лед, обломки мебели в белой изморози да облако стылого тумана. Крики разносились уже по всему лагерю.
Мэрик поглядел на мертвого мага, на пятно ярко-алой крови, расползавшееся по слою инея. Поморщившись от натуги, он выдернул из трупа меч. Маг не пошевелился.
– Спасибо, Катриэль, – пробормотал он и ощутил, как тугая волна горя подкатила к горлу.
Мэрик обнаружил письмо и крохотный сундучок наутро в комнате Катриэль. То и другое лежало на видном месте, так чтобы он нипочем не упустил этой находки. Катриэль все знала. Знала, что ее проследили до Денерима, знала, что ждет ее по возвращении. Она написала, что ей нет и не может быть прощения, а потом подробно объяснила, как найти и убить Северана.
Без его помощи, писала Катриэль, узурпатор обречен. И пожелала Мэрику удачи.
Принц разрыдался. Он сидел, скрючившись, в насквозь промороженном шатре и оплакивал Катриэль, Мятежную Королеву и часть самого себя, которую потерял на этом пути. И все же дело сделано. Он поклялся матери, что отомстит за нее, и выполнил клятву. Теперь остается только довести ее дело до конца.
В шатер ворвались двое солдат и остолбенели, увидев своего мертвого господина и склонившегося над ним Мэрика. Один из солдат, справившись с потрясением, вскинул меч и с яростным воплем бросился в атаку.
Принц вскочил, одновременно описав мечом широкую дугу. Клинок без малейшего труда рассек легкие латы, и из глубокой раны забила струя крови. Солдат повалился на колени, захлебнулся кровью и умер.
Его товарищ повернулся было, чтобы бежать, но принц вонзил меч в спину второго солдата. Вопль замер на губах несчастного.