— Каких именно? — парировал собеседник.
— Да вы что? Как была развита промышленность, сельское хозяйство! А вся наша культура, наука? Какую плеяду писателей, композиторов, артистов, ученых вырастила советская власть!
— Стоп. Пока достаточно. Давайте уточнять по пунктам.
— Давайте по пунктам.
— Вы считаете, что наша промышленность достигла таких рубежей благодаря советской власти?
— Конечно!
— А до советской власти в России не было промышленности? Возьмем, к примеру, Урал, который не так давно мы проехали. Все уральские города родились задолго до советской власти. При этом родились они благодаря строительству заводов в этих местах. Многие позднее достраивались, а другие остались в первозданном виде с дореволюционных времен. Только оборудование обновилось за годы советской власти. И таких заводов было много по всей стране.
Так что промышленность России до революции была на должном уровне. И, если помните, еще лет пятьдесят после революции наши достижения сравнивались с 1913 годом. Были в России и промышленность, и инженеры хорошие. А вот советская власть их поразогнала: кого загубили, кто сам уехал, не выдержав всей этой революционной вакханалии. А ведь все они могли послужить России...
Вдруг Василий Петрович вздрогнул, взгляд его потускнел, он как бы ушел в себя, окаменел.
— Что с вами? — переполошился Юрий Сергеевич.
Василий Петрович вздохнул:
— Да вот, вспомнил...
ГЛАВА 9.
Инженер Покровский в городе был человеком известным. Борис Ермолаевич происходил из семьи разночинцев. С детских лет тянулся к знаниям. Успешно окончил гимназию, поступил в университет. Родительских денег на учебу не хватало, и Борис подрабатывал уроками. После окончания университета поступил работать на завод. Женился. Родились два сына-погодка, Виктор и Александр.
Зарплата инженера позволяла жить в достатке. Покровские купили хороший дом, держали домработницу. Жена Мария Степановна занималась воспитанием детей, Борис Ермолаевич допоздна работал, но вечерами, приходя с работы, интересовался успехами сыновей.
Когда началась первая мировая война, Мария Степановна пошла работать в госпиталь медсестрой. Бывало, ужинать садились втроем — Мария Степановна оставалась в госпитале на дежурстве.
Сыновья обсуждали с Борисом Ермолаевичем события на фронте, сами рвались туда, но возраст у них был еще не подходящий. Виктор был уже в последнем классе гимназии, когда случился октябрьский переворот.
В семье Покровских этому вначале не придали особого значения. Ведь до созыва Учредительного собрания оставалось совсем немного времени. Какая разница, кто в оставшиеся дни будет у власти: Временное правительство, большевики или меньшевики?
Но большевики разогнали Учредительное собрание. Вечером в доме Покровских сыновья горячо обсуждали с отцом это событие.
— Как же так, папа, — возмущался Виктор, — ведь делегатов Учредительного собрания выбирали и собирали со всей России. А эти матросы их просто разогнали.
— Да, — вмешался Александр, — этот матрос, как его, кажется, Железняк, заявил, что караул устал! Во-первых, кого охранял этот караул? Если Учредительное собрание, то он не должен указывать Учредительному собранию, а подчиняться ему. Во-вторых, что значит «караул устал»? Это военные моряки или лавочники с базара? Лавочник, когда устал, может закрыть лавку и идти домой. А воинский караул обязан отстоять положенное ему время. А если время дежурства кончилось, то полагается сменить караул. Я правильно говорю, папа?
— Правильно, сынок. Только зачем так кипятиться? Народ разберется, и, я надеюсь, вышвырнет эту кучку пьяных матросов, мешающих работе Учредительного собрания.
Народ действительно начал собираться на демонстрацию. Рабочие с заводов и фабрик, студенты и прочий люд собирались в колонны, возмущенно обсуждая действия большевиков. Виктор с Александром потолкались у одной колонны, у другой, словно хотели ума набраться, а на самом деле искали единомышленников.
— Да, похоже, папа прав. Весь народ выступает за Учредительное собрание.
Колонны двинулись по улице и вдруг по ним ударили пулеметные очереди. За пулеметами чернели бушлаты матросов. Всю Первую мировую войну эти матросы не принимали участия в боях, их корабли простояли на рейде. Дисциплина падала, матросы пьянствовали и слушали большевистских агитаторов, проводящих пораженческую агитацию. Конечно, лучше пьянствовать в тылу, чем лезть под пули и снаряды немцев.