— А чем занимается твоя жена?
— Она врач, притом неплохой, судя по отношению к ней пациентов. Работает много, так что для дома остается мало времени.
— У тебя большой дом? Почему бы не нанять прислугу? Ведь вы оба работаете, и, значит, материально должны быть хорошо обеспечены.
— Квартира у нас 60 квадратных метров. А материальное благосостояние в России, мягко говоря, не совсем такое, как в Европе. Сейчас, правда, подкапливаем денег. Хотим старшему сыну купить однокомнатную квартиру в подарок по случаю окончания университета.
— Странно. У вас ведь сейчас капитализм. А при капитализме работающий человек, да еще такой специалист, должен иметь достойный заработок.
— У нас еще пока дикий капитализм. После советского периода всеобщей собственности происходит первичное накопление частной собственности. А оно, как нас учили, всегда связано с криминалом. Поэтому криминала у нас хоть отбавляй, и собственники меняются довольно часто.
— Но ведь это опасно, — ужаснулся Алекс, — зачем же тебе жить в таких условиях? Переезжайте в Европу. С вашим образованием и способностями здесь не пропадете. Да и я смогу помочь.
— Знаешь, мой отец, умирая, давал мне наказ: никогда не покидать Россию, защищать ее и с безобразиями бороться внутри нее, а не из-за рубежа, как некоторые бывшие революционеры. Так что я никуда из России не поеду. А вот твою мечту посмотреть Россию можно осуществить. Ведь, когда прибудет к нам заказанное оборудование, от вас должна будет приехать бригада для осуществления шефмонтажа. А что, если в контракт вписать пункт, чтобы эту бригаду возглавлял Алекс Покровски?
— Ну что ж, Это реально. Особенно, если учесть мой уровень знания русского языка.
— Вот и прекрасно. Поездим, покажу тебе российскую природу, порыбачим.
—Договорились. Выпьем за это. Теперь у нас есть координаты друг друга. Будем на связи.
Глава 19.
Сергей сдержал свое обещание. Вернувшись на завод, первым делом направился к генеральному директору. Улучив момент, когда тот был в кабинете один, Горячко решительно открыл дверь.
— Разрешите, Анатолий Борисович?
— А, Сергей Александрович, проходи. С приездом! Как прошла командировка?
Еще с советских времен у начальства была привычка подчиненных называть на «ты». Анатолий Борисович не был исключением.
— Съездили хорошо. Оборудование подобрал, все сам посмотрел. Техника отличная. Только я хотел поговорить с вами вот о чем.
И рассказал о предложении Алекса и сомнениях по поводу фирмы Гольдберга.
Генеральный директор слушал, все больше хмурясь.
— Контракт будем заключать через Гольдберга.
— Но, почему, Анатолий Борисович? Почему нам не продавать напрямую потребителям? Зачем нам позволять Гольдбергу снимать сливки с наших сделок? Ведь нам эта поставка оборудования может обойтись дешевле и надежнее.
— Пока ты будешь искать покупателей, уйдет куча времени, а нам это оборудование необходимо сейчас. Ты сам это знаешь.
— Да, Алекс мне говорил, что потребителей можно найти довольно быстро, если заняться этим.
— Случай, Сергей Александрович, я повторяю еще раз, — генеральный директор начал выходить из себя, — контракт будем подписывать с Гольдбергом. А ты иди и занимайся своим делом.
Ты оборудование подобрал? Подобрал. Свою задачу выполнил? Выполнил. И больше в это дело не вмешивайся.
Горячко ушел обиженный. Никак не мог понять, почему генеральный директор так упорно цепляется за Гольдберга, когда есть более выгодный вариант.
Контракт, между тем, был подписан с Гольдбергом и тот уехал в Германию. Завод отгружал металл вагон за вагоном в соответствии с заказом. Сумма отгрузки уже набиралась большая, и пора была ждать поступления оборудования.
Сергей позвонил в Германию.
— Здравствуй, Алекс. Как поживаешь?
—Да у меня все хорошо. Меня интересует наш заказ.
— Сережа, я бы не хотел тебя огорчать, но мы вынуждены приостановить изготовление вашего заказа.
— Почему, Алекс?
— Потому что господин Гольдберг нам еще ничего не заплатил. А по условиям контракта он уже должен был произвести солидную предоплату.