— А при желании еще и посадить.
— Вот именно. Есть много способов отъема собственности. Например, один из них такой. Ты помнишь, кстати, бывшего городского прокурора, который еще в советское время был снят с работы за связь с бандитами?
— Помню, конечно. Меня тогда удивило, что с работы сняли, но не посадили и даже из партии не исключили.
– Да, так вот, в постсоветское время он организовал аудиторскую фирму, услугами которой пользуются многие фирмы.
— И что в этом плохого?
— А дело в том, что когда в процессе проверки он находит нарушения, то не все записывает в акт. Постепенно он накапливает компромат по данному предприятию, а потом с этим компроматом является к владельцу. Показав материалы, он ставит хозяину условие: или тот отдает львиную долю собственности или эти материалы попадают в компетентные органы со всеми вытекающими последствиями.
— И хозяин соглашается?
— А куда ему деваться? Лучше потерять часть, чем целое. Да еще с большой долей вероятности загреметь в тюрьму. Это захват с помощью шантажа. А есть и силовой захват, когда бойцы какой-нибудь фирмы занимают предприятие и выгоняют действующего директора, отобрав у него печать и документы.
— Прямо жуть какая-то.
— Именно жуть. Так, чтобы удержать хоть маломальскую собственность, необходимо содержать отряд охранников. Да еще и нет уверенности, что их не перекупят.
— А раньше обходились одним охранником на воротах.
— Я уж не говорю об охране собственной жизни. До революции премьер-министр России мог путешествовать по железной дороге без всякой охраны. Теперь же предприниматели вынуждены обзаводиться толпой телохранителей.
— И все равно это не спасает от покушения.
— Точно так. Вот мы и подошли к главной части нашего разговора.
— Я считал, что главная часть — это твой отъезд.
— Да с моим отъездом все решено. Я хотел поговорить о твоем отъезде.
— Моем?
— Да, Серега. Скажи, пожалуйста, у тебя есть куда уехать?
— Вообще-то у меня нашелся двоюродный брат в Германии. Он, кстати, меня приглашал, обещал помочь устроиться.
— Так чего ты раздумываешь?
— А почему я должен уезжать?
— Да неужели ты совсем слепой? Ты не видишь, как вокруг убивают людей?
— Что-то не вижу.
— А ты не знаешь историю швейной фабрики?
— Краем уха что-то слышал, но ничего не понял.
— Так вот рассказываю для неосведомленных. Как-то, когда фабрика работала успешно, приехал к директору один знакомый, большой человек в Москве. Он уговорил директора дать кредит одному московскому акционерному обществу. Сумма кредита была очень большая по тому времени. Но соблазняли хорошие проценты и обещанный личный интерес. Да и срок кредита был небольшой — всего год.
Директор немного сомневался, но приехавший знакомый был человеком очень уважаемым, и директор решился. На фабрике эту сделку не афишировали. Через какое-то время директор поехал в отпуск в Арабские Эмираты, откуда он вернулся уже в цинковом гробу. Сравнительно молодой директор, никогда не болевший, спокойный по натуре, вдруг умер от инфаркта. Уже тогда некоторым это показалось странным.
А экономическое положение фабрики стало ухудшаться. Приступивший к исполнению обязанностей директора главный инженер начал разбираться в причинах и обнаружил договор об этом кредите. Поскольку сроки возврата уже прошли, главный инженер стал звонить в Москву. Его все кормили обещаниями. Ему это надоело, и он пригрозил передать дело в арбитраж. На том конце провода пообещали решить вопрос в недельный срок. И решили.
Было хорошее летнее утро. Главный инженер с женой вышли из подъезда и направились на работу. Идти было недалеко, так как фабрика в свое время строила жилые дома рядом со своей территорией. Люди выходили из подъездов и шли по тротуарам по направлению к фабрике. Главный инженер решил закурить и немного отстал; жена с соседкой оказались впереди. Навстречу им шел молодой парень. Он миновал женщин, прошел мимо главного инженера, а потом вдруг выхватил пистолет и выстрелил два раза ему в голову. Потом спокойно положил пистолет на землю и ушел в сторону лесопарка. Все произошло настолько быстро, что никто ничего не успел сообразить. А когда разобрались, главный инженер был уже мертв, а убийца скрылся.